Читаем Фантастика 1990 полностью

“Самое ужасное, что начало этой непонятной истории, кажется, положил я сам,- без всякой горечи подумал Алексей,если бы я не сбежал, не ушел от родителей в поисках самостоятельности, в моей комнате никто, кроме меня, не жил бы. Но откуда взялся этот нищий?”

А нищий исчез. Куда? Алексей вскочил и побежал домой, надеясь найти его в своей комнате.

Открыв ключом входную дверь, он, не разуваясь, протопал в коридор и застучал тем же ключом в дверь бывшей своей комнаты.

Мать замешивала тесто, чтобы порадовать сына домашними пирожками. Услышав шум, она выбежала из кухни, увидела сына у ненавистной двери, поняла, что он хочет видеть Черного, и ей стало тяжело от мысли, что сын так же, как и муж, отдалится от нее. Руки ее, белые от муки, мелко затряслись от страха.

Мука стряхивалась с пальцев и оседала белой пыльцой на пол.

Вера Ивановна ничего не замечала. Она сжала белыми руками свое лицо и уже сквозь пальцы задавленно закричала:

– Зачем он тебе?! Оставь его!

Алексей обернулся. Мука смешивалась со слезами и превращалась в клейкое соленое тесто.

– Мама, успокойся, не плачь,- Алексей отнял ее руки от лица,- пойдем, я тебе помогу умыться.

Он бережно, но настойчиво увел ее на кухню. Мать, очевидно, сама испугавшись нервного срыва, уже спокойно говорила:

– Черный приходит только ночью, вечером. Не замечай его! Ради меня.

– Мама, а ты знаешь, чем он занимается?

Вера Ивановна поджала губы и отрицательно замотала головой.

– Мне кажется, ты знаешь. Он просит милостыню. Он вымаливает гроши! Это стыдно, мама! Мы не можем быть немилосердными.

– Почему я должна кормить его?

– Он живет в нашем доме. Так хотел отец.

Алексей увидел, как в глазах матери снова появились слезы и потекли по морщинистым щекам. Может, эти морщины и появились из-за того, что очень часто горькие от солености ручейки пробивали здесь себе дорогу.

– Не надо, мама,- Алексей испугался, ему показалось, что на его глазах морщины стали глубже.- Успокойся. Я ни в чем тебя не хочу обвинять. Давай спокойно разберемся. Расскажи мне, кто этот парень?

Вера Ивановна вытерла слезы и задумалась. Алексей терпеливо ждал.

– Он убил твоего отца,- сурово сказала она.

– Отец умер от инфаркта. Как бедный нищий мог его убить? - Если бы не было Черного, отец еще жил бы,- упрямо повторила Вера Ивановна.

– Объясни мне, пожалуйста, все.- Алексей взял ее руки и, как ребенка, погладил.

По своему душевному состоянию она действительно сейчас была ребенком, несправедливо обиженным, напуганным взрослыми.

– Я всегда чувствовала, что отец умрет из-за него. У Черного какая-то страшная болезнь. Он не может смотреть на мир и не слышит никаких звуков. Я помню, как он кричал, когда с него сняли очки. Это был крик обезумевшего, который вотвот умрет от разрыва легких и связок.

Речь ее стала очень жесткой:

– Своей болезнью он заразил отца. Его слабое сердце не выдержало, и он умер. Черный его убил. Я боюсь этой болезни. Не подходи к нему, Алешенька. Не смотри на него. Я хочу, чтобы ты жил, послушай свою мать.

– Мама, перестань,- перебил Алексей, поняв, что разговор опять сбивается в сторону эмоциональных заговоров.Как отец мог заразиться? В чем это проявлялось? Не верю я…

Мать не отвечала. Она снова занялась прерванной работой.

Вымешивая тесто, казалось, не обращала внимания на сидящего рядом сына и на его вопросы. Этот странный беззвучный поединок между родными по крови людьми был нарушен чужим человеком. Входная дверь открылась, и послышался стук палки слепого нищего. Алексей вскочил и, не глядя на мать, выбежал из кухни.

Он не ошибся. Парень остановился в коридоре, почувствовав движение впереди себя. Правая рука у него была занята палкой с вбитым в нее гвоздем. Левой рукой мертвой хваткой прижата к грязному пальто огромная книга: Книга была прекрасно изданная, в суперобложке, на мелованной бумаге. Эта книга напомнила что-то Алексею. Она была ему знакома. Да…

Книга принадлежала отцу и всегда стояла на нижней полке в его библиотеке. Книга репродукций картин русского художника Кандинского.

“Как эта книга попала к Черному? И зачем она ему? Может, он украл ее и хотел продать, чтобы не просить денег? Господи, что я выдумываю. Он не принес бы ее назад. Да и утром у него в руках, кроме палки, ничего не было. Тогда где он ее взял?”

Во время этих рассуждений они стояли друг против друга: два человека, не знающих, как они поступят в следующую минуту - равнодушно разойдутся, сцепятся между собой, чтобы силой разрешить сомнения, или…

Алексей молча протянул руку к книге. Черный без сопротивления, правда, с трудом разжав пальцы, отдал ее. Алексей погладил обложку, открыл оглавление и увидел экслчбрис отца.

Он захлопнул обложку и, ничего не понимая, растерянно протянул книгу репродукций Черному. Тот так же молча покорно ее взял и, прижимаясь к стене, прошел в комнату. Алексей, как сомнамбула, двинулся за ним.

– Алешенька, остановись! - раздался крик матери.- Не ходи туда, пожалей меня. Я умру, если ты пойдешь с ним, я уйду от тебя. Я так тебя ждала.