Читаем Фантастика 1990 полностью

Я дал ему имя - алфаграмма. А то, что заполучил от деления на П-букву, назвал так же алфастратами. Теперь каждый алфавитный столбец в моей алфаграмме соотносился к столбцу П и составлял десятые и сотые доли столбца П.

Это уже походило на открытие. Любой словарь - частотный, орфографический, толковый,- как только я сосчитывал в нем все слова, тут же превращался мною в единичный. По букве П. Важен был масштаб, и я мог проделать со словарем все, что мне угодно: надо усреднить по П - усреднял; хотел сравнивать- сравнивал. Но то же самое я мог совершить и со словарными запасами классиков. В них я тоже произвел деление на П-букву или П-алфастрат.

Но и этого мне показалось мало. Вы спросите, как же я сравнивал? Ведь в словаре тысячи слов на одну и ту же букву, а в словарном запасе даже “Кавказского пленника” на ту же букву всего каких-нибудь семьдесят-восемьдесят слов. Не больше. Но масштабы-то равны! Я ввел масштабную диспропорциональность. По диспропорциональности выявлялось, как ведет себя словарный запас по отношению к словарю: если в нем имелись по буквам большие отклонения, значит, ошибку следует искать именно в этом столбце.

Но это было всего лишь прикидкой. Чтобы научиться точно регистрировать, какие слова лишние, каких не хватает, следует проделать еще большую работу. Надо научиться распределять слова на знаменательные и служебные. Каждому известно, что знаменательные слова - это существительные, глаголы, прилагательные, наречия, числительные; служебные - это местоимения, предлоги, союзы, частицы, междометия. И я решил высчитывать их по словарям - орфографическим, толковым, частотным. Года четыре продолжалась эта нудная работа. Моя жена принимала в ней участие. Наконец такие словари составлены, для них выполнены на кальке алфаграммы.

Миллионы слов были посчитаны. Теперь я мог видеть служебные и знаменательные слова алфаграммированными в словарях орфографических, частотных, толковых. Их совокупность не только обрадовала меня, но заставила еще крепче подумать. Получилось, что существительные имеют свой рисунок (графическое представление), глаголы - свой, прилагательные - свой, наречия - свой. Отличительные рисунки получили и служебные слова, совокупность служебных слов. Что я при этом испытал, особенно при воспроизведении рисунка совокупности глаголов,- это можно было выразить лишь стихотворением. И я написал стихотворение - “Глаголы по Э. Штейнфельту”. В нем утверждалось то, что я первым в мире увидел все глаголы.

Жена, Надежда Николаевна, сказала: “Теперь я спокойно могу умирать. Ты приоткрыл завесу над графическими представлениями знаменательных и служебных слов. И я узнала их, хотя они нам достались очень с большим трудом”.

Я поцеловал ее за это откровение и пообещал: “Подожди! Ведь мы делаем первые шаги на подходе к компьютеризации прозы: впереди много терний, я их предвижу. Любой ученый, филолог брякнет: “Ну и что?” Но я благодаря моей теории создам текстовой детектор… лжи”.

“Ну, это ты подзагнул”,- упрекнула меня Надежда Николаевна.

Само собою разумеется, что авторские совокупности знаменательных и служебных слов, вписываясь в общий рисунок, каждый раз имели небольшие отличия. В целом же автор221 ские алфаграммы, с учетом талантливости автора, как бы копировали совокупность тех или иных слов в словарях.

Мы вывели закон: тот автор гениален, чья совокупность служебных и знаменательных слов отражает рисунок в словаре или словарном фонде.

Следовало усреднить совокупности знаменательных и служебных слов отдельно по орфографическим, отдельно по частотным (a их в русском языке - четыре) и отдельно по толковым словарям, с одной стороны; с другой - по классическим словарным запасам таких писателей, как Гоголь, Пушкин, Лермонтов, Толстой, и воспроизвести относительные коэффициенты детектора ложной информации.

Что я и сделал.

И вот, чтобы как следует отдохнуть от титанического труда, я решил прекратить сочинять, занялся… живописью.

Вот тут-то и случилась эта история, когда я чуть не поменял жену и чуть было не покатил на Запад. Но сначала нужно привести кое-какие сведения. Дело в том, что я сочинил перед этим свой первый расчетный рассказ - “Проблема”, направил его в “Новый мир”. Ответ последовал почти незамедлительно. В общем, он Гласил так: “Отдел прозы “Нового мира” ознакомился с Вашим рассказом “Проблема”, написанным с помощью компьютера. Таких рассказов мы не публикуем, особенно написанных на счетных машинах”.

Прочитав ответ, я расхохотался. Для сведения скажу: классики русской литературы на 100 существительных в среднем употребляют 100 глаголов, 50 прилагательных, 36 наречий, 18 местоимений, 12 предлогов, 8 частиц, 6 союзов.

А теперь к делу. Сумрачным и тоскливым выдалось это лето: метеорологи постарались, точно по заказу. С восхода солнца и до 11 -12 часов стояла летняя погода. Солнце, и поутру уже горячее, к десяти часам жгло немилосердно. Но все было обманчивым. Уже к 11 часам на небе появлялись редкие кучевые облака. К 12 они уже бросали на площадь пятновые тени.