Следует также учитывать и то, что к концу столетия резко возрастет численность населения планеты, минимум на полтора миллиарда человек, а к концу двадцать первого века население Земли удвоится. И поэтому мы не можем уже сегодня не предпринимать решительных действий в обеспечении благоприятного развития сельского хозяйства и климата во всех регионах».

Взволнованная речь представителя ЮНЕП находила отклик в многонациональной аудитории; в заключение он сказал:

«Стихийные бедствия последних лет — ужасающие засухи в одних регионах и разрушительные тайфуны в других. В 1979 году тайфун «Фредерик» нанес жителям Мексиканского залива урон, определенный в два миллиарда долларов. Перечень бед велик! Стихийные бедствия даже в относительно благополучной Европе — я имею в виду снег и град летом 1985 года в Австрии, — повторяю: стихийные бедствия последних лет подсказывают нам, что государства должны объединиться, тем более что для этого есть прекрасная платформа — проект «Погода».

Я был среди тех более чем двухсот зарубежных ученых, которые присутствовали на испытаниях приборов и установок в Советском Союзе. У нас единодушное мнение: это выдающееся изобретение человеческого гения, может быть, одно из важнейших в мировой истории… И я снова говорю — мы должны поставить вопрос категорически: те, кто собирается мешать международному сотрудничеству, должны быть исключены из нашего сообщества…

Вы можете спросить: как быть, к примеру, с Карибским бассейном и бедствиями, которые испытывает нередко территория небезызвестной страны, представитель которой с первых же шагов конгресса стремится посеять рознь, ведет дело к срыву нашего единения?.. Отвечу — группа ученых обстоятельно изучала проект «Погода», он дает возможность пользоваться нам всем благами великого изобретения, не прибегая к участию стран, которые своими действиями ставят себя в положение изоляции».

Наиболее сложной оказалась на конгрессе работа комиссии экспертов. Некоторые оппоненты визгливо заявляли, что проект «Погода» не более чем пропагандистский шаг русских… Но мировая общественность уже привыкла к подобным заявлениям и игнорировала их.

Проект «Погода» стал основой Программы Организации Объединенных Наций по окружающей среде. В первых строках программы подчеркивается, что все страны без географических, социальных или региональных различий, объединенные общим стремлением к разумному управлению климатом и погодой на планете, отныне объединяют свои усилия для скорейшего достижения этих желанных целей всего человечества… Высокоразвитые страны: Советский Союз и страны социалистического содружества, США, Франция, Великобритания, ФРГ, Италия, Швеция и другие принимают на себя обязательства оказывать помощь развивающимся странам в осуществлении программы «Погода».

XIII

Однажды вечером, когда Алисов, Ильина, Шанежкин и Шинкарев отправились в оперный театр, Владимирцев пригласил Ренату Михайловну побродить по вечернему Парижу, и они оказались на набережной Сены у Александровского моста. С любопытством наблюдали сценки парижской жизни. У моста причалил кораблик с остекленной крышей, с мигающими огнями; на верхней палубе за столиками, освещенными свечами, сидели парочки, зазывно журчала музыка. Владимирцев, увидев, почувствовав уют этих столиков, схватил Ренату за руку: «Пошли быстрее!» И вскоре оба оказались у трапа. Стюард любезно предложил даме руку, а затем указал Владимирцеву на табличку со стоимостью прогулки, которая оказалась нешуточной.

Владимирцев не раздумывая достал деньги и с типично русской широтой показал, что сдачи не нужно. Стюард проводил их на палубу со столиками и передал на попечение метрдотеля, который указал на один из свободных столиков. Рената выбрала другой столик, соседний, у стеклянной стены. Метрдотель согласно кивнул и, подав меню, стал принимать заказ.

Когда метрдотель удалился, Владимирцев положил свою руку поверх ладони Ренаты, он мысленно шептал, не решаясь произнести вслух:

«Прости меня… Пусть это будет нашим свадебным путешествием по Парижу… Я понимаю, что это… с большим опозданием. Я хочу, чтобы ты знала, ты самый близкий человек. Я, конечно, несносный… и другим, сколько ни стараюсь, не могу стать. Прости меня, Рена».

Она кивала так, будто слышала эти слова или отмечала ритм своих мыслей — сразу обо всем пережитом и в эти дни, и в эти годы — смотрела на Алексея, у которого уже проступала на висках седина, но глаза были, как прежде, ясными, добрыми, и, кажется, он еще оставался юным, таким же, каким она увидела Алексея, аспиранта, в день его первого прихода в инфизтех.

— Интересно, какая же завтра будет погода? — вздохнув, сказала Рената.

— Кажется, хорошая! — улыбнулся Алексей.

Сергей Криворотов

ДЕВОЧКА И СТРЕКОЗА

У калитки на асфальтированном пятачке, разрисованном разноцветными мелками, прыгала маленькая загорелая девочка.