1

Титаническая статуя Ангела, возвещающего божественную премудрость, нависла над городом, угрожая немедленной гибелью сомневающимся, инакомыслящим, отступникам. Левой рукой она прижимала к груди толстенный фолиант — свод указаний, запрещений, ограничений и наставлений, а правая, с указательным пальцем, вытянутым в гневном экстатическом порыве, возносилась к терпеливым небесам. Скульптор вложил в свое создание выражение мощи и пугающе-злобного упорства. В провалах глазниц под стянутыми бровями металось пламя слепой фанатической одержимости. Разверстый рот готов был в любую секунду потрясти окрестности пронзительным, включая ультра- и инфрадиапазоны, криком… Вокруг головы статуи сверкал на солнце металлический ореол.

Франсуа стоял рядом с Ларсеном в тени деревьев и внимательно рассматривал статую. Редкие прохожие тоже изредка поднимали взор на истукана, но, опасливо озираясь, ускоряли шаг.

Франсуа и Ларсен пошли по дорожке и вдруг заметили, что в стороне от статуи пролетела цепочка серебристых не то пчел, не то стрекоз. Франсуа взмахнул рукой, чтобы поймать одну из них. Ларсен резко задержал его руку.

— Ты что! Этот командор, — Ларсен кивнул в сторону статуи, — шуток не любит.

— Истукан как истукан, — пошутил Франсуа.

— В нем командный пункт Интегратора общественного мнения, — шепотом предупредил Ларсен. — Тебе не известно?! Мы уже наловили этой кибернетической нечисти к твоему приезду, не вздумай охотиться на его пташек.

— Что еще за затея? — Франсуа шагал по аллее, изредка оглядываясь на каменного гиганта.

— Люди боятся чудовища не случайно, — вполголоса произнес Ларсен. — Они беседуют полушепотом, а ты… С тобой тут погибнуть можно…

— Я вижу, вас тут совсем запугали, — пожал плечами Франсуа. — Боитесь каменного идола… Ха-ха.

Они дошли до бара, расположенного на крыше гостиницы, и заняли столик возле окна, откуда огромный каменный истукан был отлично виден. Сооружение в форме фигуры было окружено мостиками, лестницами, площадками. Голова гиганта то и дело испускала лучи света, которые искрами разлетались по сторонам.

Потягивая прохладительное и наблюдая за Франсуа, который с любопытством и недоумением иноземца, недавно прибывшего в город, разглядывал достопримечательность на площади, Ларсен жестом останавливал гостя, как только он пытался комментировать свои впечатления от статуи.

За плечами у Франсуа исследовательская работа в морозных ущельях Сибири, на гобийских ревущих ветрами плоскогорьях, в могучих джунглях Амазонки. Там человек — прежде всего личность. И в людях там воля соединяется с открытостью характера, гостеприимностью и гениальностью. Опасливые взгляды, шепот, предупредительные жесты приятеля удивляли Франсуа. Но и Ларсен не без недоумения смотрел на Франсуа, плотного, крепкого, с обветренным округлым лицом человека в немодном костюме; сразу можно было сказать, что это сильная и независимая личность. «Нелегко тебе у нас придется», — подумал Ларсен.

Провожая Франсуа в кабину лифта и нажимая кнопку, Ларсен сказал:

— Не спеши высказываться о наших порядках.

— Понимаю! — кивнул Франсуа. — У городских властей много хлопот. Попытаюсь внести в них некоторое разнообразие.

И кабина лифта пошла вниз.

— Шеф, мне не нравится жужжание наших пташек, — сказал высокий офицер, входя в кабинет начальника Интегратора, и, раскрыв ладонь, стряхнул на стол крошечное механическое существо, которое, затрепетав крылышками, заскользило по полированной поверхности стола, всякий раз поворачивая усы-антенны в ту сторону, откуда раздавался голос.

— Суммарный объем информации, которую приносят эти бестии, минимален. По-видимому, она рассеивается на улицах во время их возвращения; демонстрации, пикеты, митинги протеста, а по сведениям «пчелок» — все это блеф…

Офицер нажал кнопку на панели прибора около стола и, нагнувшись на секунду над «пчелой», включил запись. В динамике послышалось потрескивание разрядов, и затем возник юношеский ломающийся басок: «Мери, я тебя люблю…» Девичий грудной голос ответил: «Не надо, Джек, не здесь…» Потрескивание разрядов заглушило голоса.

— Зачем нам эта информация? — Офицер схватил «пчелу» за крылышки и посадил в магнитную ловушку.