Читаем Фантастика 1985 полностью

— Вот об этом я не подумал, — отозвался Ельчанинов. — Наверно, так и есть: что-то беспредметное, которое не оставляет даже следов на пленке, двигалось и говорило под видом женщины. Любой луч, любая тень оставляют следы. А тут… Нет, я не понимаю…

— Тут кроется нечто чудовищное! — опять воскликнул Стариков.

— Конечно, это жестоко, но я хотел убедиться в своих предположениях, — наконец решил признаться Ельчанинов. — С данной особой встречался не только я, но и один мой близкий товарищ. Мы обнаружили, что она является после того, как примешь три ампулки. Надо было подтвердить наблюдения проверкой. И вот я рискнул предложить ампулки вам. Совсем не надеялся, что может объявиться за тридевять земель от Москвы. Но вы сами убедились: она пришла к вам, беседовала с вами. И все о том же: о соловьях. И голос ваш записала, как и наши голоса. Зачем это ей?…

— Кажется, начинаю понимать, — медленно, в тревожном раздумье сказал Стариков. — Она и в самом деле физически связана с ампулками.

— Вы так считаете?

— Кто-то заинтересован в том, чтобы выявлять людей, принимающих коричневое лекарство…

— Неужели только потому, что оно лечит? Что за вздор! — возмутился Ельчанинов.

— Лечить-то оно лечит, но какой ценой, вот в чем вопрос, — размышлял Стариков. — Совершенно очевидно, с лекарством отправляют и ту информацию, которая интересует производителей ампулок. Да-да! Именно так! Весь секрет ампулок в информации, которой их начинили. Потому и следят за каждым, кто их принимает. Боюсь, что нас распознают по картинкам, по этим стрельчатым и готическим храмам, которые нам снятся и которые становятся известными блондинке и еще кому-то, кто с ее помощью выявляет всех принимавших ампулки. Да! Сновидения — как пароль! Они помогают ей удостовериться в точности прихода. Возможно, ей помогает мозговое излучение пациента, которое она, придя на вызов излучения, улавливает микрофоном.

— Это враждебные эксперименты над человеком! Они стремятся влезть в наши мозги, — разволновался Ельчанинов.

— Враги стремятся проникнуть в тайну тайн, — акцентировал его мысли Стариков.

— Принял ампулки — и уже ты не хозяин собственным мозгам!

— Особенности человеческого мозга далеко не изучены, — продолжал размышлять Стариков. — Уверен: в нем заключены коренные тайны Вселенной, самые глубинные ее творческие силы. Для тех, кто из иного мира, и я, и вы, и вообще все наши люди — вроде сладких пряников. Наше воображение воспитано в другой идейной плоскости. Где-то там хотят знать, а насколько оно восприимчиво к их системе образов, и есть ли в нем щели… Так оказать, нужные для них лазейки.

— Вторгнуться в мозг любой ценой! Так, что ли? — воскликнул Ельчанинов.

— Вот именно! — подтвердил Стариков. — Лечебные свойства ампулок — всего лишь приманка. Наглотается человек коричневого зелья — и он уже чей-то. Даже начнет говорить на чужом языке. Вот как могут подкрасться к мозгу!

— Неужели это возможно?

— Вполне! По этому методу лечения лекарство как бы взрыхляет мозг, приспосабливая под свои семена, и вживляет их в нужном месте. Коварные семена! У них сильное энергетическое поле, способное превратить мозги в добровольного пленника.

— Затуманить?!

— Не совсем так. Лекарство исподволь увлекает природные силы мозга за собой.

— Подчиняет. Берет их за горло! Так? — возмущался Ельнанинов.

— В нем заложена эта хищность. Известно: каждый человек является продуктом живой природы и социальной среды. В его образах — ощущения, привязанность, тяга к своей малой родине, к Отечеству. И заметьте: в яркости и широте их сказывается природная энергия любого существа, а значит, видятся возможности отдачи этой энергии на общее благо. Можно сказать, и я уверен, что так оно и есть на самом деле, что у себя на родине и с думой о родине человек более всего способен выражать себя, свой дух, свои творческие силы.

— Значит, и мысли его самые нужные.

— Бесспорно! Одаренностью таких людей в первую очередь сильна любая страна. В них, если хотите, аккумулируются главные силы науки.

— Все понятно! Им, ампульщикам, нужны наши научные секреты! — озарило Ельчанинова. — Хотят выведать наши научные идеи в зародыше. И мы были в цепочке, по которой они шли. Смотрите: и техник, передавший мне ампулки, и его друг, к которому они попали за Рейном, и я, и вы — все мы из сферы науки и приложений к ней. Вот где собака зарыта… Потому и гоняются за нами. Прямо-таки не терпится им, когда мы подсунем ампулки еще кому-то. Так и хватают каждого!..

— Пожалуй… — согласился Стариков. — Цепкость поразительная!

— Если бы только передавали ампулки… А то что получается? Растаскиваем ампулки по всей стране. Даже сюда забросили, — огорченно сказал Ельчанинов.