Только теперь Туган обратил внимание на то, что перекличка змей прекратилась. Они настороженно слушали незнакомые звуки. Судя по всему, слух у них был отличный: прекратили движение даже задние ряды, которые находились сравнительно далеко.

Мурад нашел станцию, транслировавшую музыку. Мелодия полилась широко, торжествующе.

И тотчас, будто они только этого и ждали, змеи принялись медленно раскачиваться в такт музыке!

— Смотри! — возбужденно закричал Мурад. — Они танцуют!

Туган и сам удивленно смотрел на это одновременное, словно отрепетированное движение: будто раскачивались на ветру, странные белесые растения.

Мурад еще усилил звук. Сомнений быть не могло: змеи действительно танцевали, с поразительной синхронностью следуя темпу мелодии. Они сжимались, подпрыгивали, крутились на месте, обвивались вокруг друг друга, все теснее скучиваясь возле того места, откуда лилась музыка.

Туган медленно поднялся и взял у сына приемник.

— Пришла мне тут в голову одна мысль… Давай-ка проверим.

Он велел сыну идти вперед и зашагал следом, вытянув приемник в сторону змей, чтобы тем лучше было слышать музыку.

Его расчет оказался верным: вся плотная толпа диковинных танцоров как завороженная двинулась за ними.

Отец с сыном ускорили шаги, потом перешли на бег. Змеи не отставали, но и не перегоняли. Они по-прежнему раскачивались на ходу, свивались в кольца, с коротким присвистыванием перепрыгивали одна через другую. По сторонам торопливо хрустели кусты: там, заслышав приближение «хозяев планеты», как окрестил их Туган, разбегалось лесное зверье.

Транзистор не умолкал ни на минуту. За плясовыми мелодиями следовало танго, его сменяла барабанная дробь какихто восточных танцев, потом камаринская, лезгинка, вальс… Когда кончалась мелодия и начиналась речь диктора, Туган, не давая змеям опомниться, переключался на новую станцию. И музыка гремела — невероятная, нереальная среди этого черного леса, в миллионах километров от Земли, где кто-то беззаботно и бездумно танцевал под нее…

Оказалось, что Туган все-таки неплохо запомнил дорогу: вскоре показалась поляна, на которой замаячил силуэт ракеты Мурада. Туган кивнул сыну:

— Бегом на корабль! И готовь автоматы к взлету!

— А ты?

— Я буду следом. Ну скорее!

Он убедился, что мальчик беспрепятственно забрался в люк, зажег взлетные огни, и только после этого, широко размахнувшись, швырнул приемник в темную гущу леса. При падении тот не разобьется, а батарей должно было хватить надолго…

Они взлетели на максимальной тяге. Зеленая планета стремительно уменьшалась в иллюминаторе. Туган смотрел, как расплываются за розовыми облаками очертания странного мира. Он знал, что вернется, но вернется иным — более терпимым и добрым, без страха и предубежденности. Он понимал, что научился здесь чему-то важному, и, сам того не сознавая, открыл в себе какие-то новые качества.

«Да нe затем ли мы и уходим так далеко от Земли, чтобы обрести себя? — думал он, глядя на прильнувшего к иллюминатору сына. — Чтоб стать богаче душой, донести это богатство до братьев по разуму? Донесем, обязательно донесем!»

Перевод с ингушского Геннадия Русакова

ХОДЖИАКБАР ШАЙХОВ

В тот необычный день…

В тридцатых годах XXI века в ряде хирургических клинйк мира в силу чрезвычайного стечения обстоятельств прошли операции по временной пересадке мыслящего мозга в организм животного (чаще всего человекообразной обезьяны или собаки).

Все эти операции, равно как и причины, побудившие к ним, подробно описаны в «Медицинском вестнике» Всемирной Академии наук, в книге известного популяризатора науки профессора Горобца «От Эскулапа до наших дней», а также в тех выпусках медицинской энциклопедии, которые вышли после 2039 года.

Особое место авторы единодушно отводят происшествию с Шухратом Салимовым. И неудивительно. Ведь это единственный на Земле человек, который совершил гражданский подвиг в тот момент, когда его мозг находился не в собственном теле.

В общих чертах вы, разумеется, слышали об этой истории.

Но сейчас появилась возможность сообщить подробности.

Шухрат Салимов, инженер-строитель по профессии, недавно записал все пережитое им в тот необычный день. С его разрешения мы публикуем эти записи.

Помните, сколько шуму наделало открытие пещеры на Памире? К ней съехались археологи всего мира. Поговаривали, что обнаруженные здесь глиняные таблички с надписями заставят по-новому взглянуть на историю древних времен региона.

Я приехал на Памир одним из первых, хотя имею об археологии весьма смутное представление. Я инженер-строитель.

Дело в том, что вход в пещеру находился в верхней частя почти отвесной скалы. Археологам нужно было как-то подниматься к пещере, доставлять туда оборудование, приборы, инструменты, а также переправлять вниз некоторые находки.