— Предводителя буду назначать я, как сочту нужным, — спокойно сказал я. — Две недели назад я поручил сэру Арно собрать и возглавить норманнских рыцарей. Что касается добычи, то я в ней не заинтересован. И вам не нужна договоренность насчет добычи. Сомневаюсь, чтобы вы выполнили ее, учитывая вчерашнее предательство. Разделите добычу, когда она будет в ваших руках.

— Я теряю терпение. Решайте: хотите ли вы стать владыкой, командующим большими армиями, или предпочитаете оставаться владельцем маленького замка и плакать над кружкой пива об утраченных возможностях? Присягните быть верным мне до тех пор, пока мы не захватим вражеский корабль и моя сестра не окажется с нами, или мы улетаем.

Кончив, я едва мог поверить, что это сказал я! Ларн кель Деруп Ростик, шестнадцати лет, учащийся Карлинтонской средней школы! Я так упивался своим красноречием, что чуть не пропустил ответ Ролана.

— Хорошо, милорд, — сказал он. — Клянусь именем нашего благословенного Спасителя в присутствии этого священника и этого рыцаря.

Я вспомнил, что говорил мне брат Оливер: если рыцарь клянется именем Спасителя или его благословенной матери, он почти несомненно сдержит клятву, хотя содержание ее может изменить до неузнаваемости. Я решил, что мы можем действовать совместно, хотя придется все время следить за Роланом.

И мне пришло в голову, что Арно такой клятвы не давал! Мы просто заключили джентльменское соглашение! Но я не буду требовать от него клятвы в присутствии Ролана. Подожду, пока мы останемся наедине. Иначе барон решит, что я глуп, так как не потребовал этой клятвы раньше.

Мы договорились, что Арно и Ролан продолжат набор добровольцев. Я недвусмысленно дал понять, что старшим будет Арно. Ролан, очевидно, был не очень доволен, но не спорил. Подозреваю, что когда корвет будет в их руках, один из них угостит другого топором или кинжалом в бок.

Но пока, похоже, они до определенного момента будут действовать вместе.

ШЕСТНАДЦАТЬ

Арно потребовалось еще три замка и пять дней, чтобы довести число рекрутов до тридцати трех. К тому же я при этом не появлялся. Большую пользу принесло присутствие Ролана. У Ролана была репутация человека, который носом чует выгоду и хорошо разбирается в политике, человека, который когда-нибудь станет очень богат и влиятелен. Он был близок к герцогу Норманнскому и в то же время проявил достаточно здравого смысла, чтобы вернуться домой, а не остаться под тяжелой рукой великого завоевателя.

На шестое утро перед рассветом Арно сообщил, что все рекруты набраны. Он сказал также, что Ролан оказался очень сговорчив: он вообще почти не спорил после того, как дал клятву. Это звучало обнадеживающе: вероятно, с ним можно все-таки работать, не опасаясь, что он сделает что-нибудь неожиданное и безрассудное.

Мы решили, что пора попытаться захватить истребитель. Я про себя поправился, прежде чем сказать это вслух: не попытаться, а просто захватить.

Мы полетели днем, несмотря на чистое небо, чтобы выбрать место действия. Все наше войско теперь было в замке Ролана, поэтому мы выбрали однокомнатную бревенчатую хижину недалеко от замка, где лес граничил с большим лугом на самом краю феода Ролана. Тут жил один из вилланов Ролана — пастух, присматривавший за стадом. Я велел Ролану до вечера убрать отсюда скот, чтобы он не мешал нам и не усложнял обстановку.

Потом мы зависли в четверти мили над хижиной и стали совещаться, как же захватить истребитель. Три штатских, одному из них шестнадцать лет, другой — его мать, собирались захватить корвет Федерации, припаркованный на орбите в нескольких сотнях миль над планетой! И собирались это сделать при помощи тридцати варваров, вооруженных мечами. Причем варвары эти только и ждали случая перерезать друг другу глотки, а заодно и нам тоже.

Я решил, что не стоит так смотреть на вещи. Я чувствовал, как при этом теряется уверенность, которой и так немного.

Трудно назвать планом то, что у нас было: слишком много неизвестных факторов. Мы поговорили о том, как развернем силы перед началом действий. Потом договорились о начальных шагах, которые должны привести к успеху. А потом придется действовать по обстановке и надеяться на лучшее.

Я начал испытывать нервное напряжение, но Арно, казалось, совсем не нервничает. Может, потому что он норманн, считающий, что он на все способен.

Наконец мы отвезли Арно вместе с его лошадью в замок и высадили прямо во дворе. Впервые наши новые люди увидели катер. И для Арно это хорошо. Он единственный норманн, летавший в катере, и теперь ни у кого не было сомнений, что он для нас самый главный.

Остаток дня мы могли только ждать: папа, мама и я. Бабба отправился собирать своих волков. Я лег, но уснуть не смог. Лежал и думал о возможной неудаче, а это означало бы, что мы навсегда останемся на этой планете.