Читаем Фальшивые зеркала полностью

Выхожу из колонного зала на улицу. Уже стемнело, зажглись фонари, огни реклам, людей стало словно бы больше… Все правильно, это квартал развлечений, а сейчас наступает очередной людской прилив. В европейском и российском секторе Диптауна все закончили работу и отправились на поиски приключений. Хорошо… Пусть для меня в Диптауне всегда будет вечер. Ранний летний вечер, первые звезды на темно-синем небе, запах отшумевшего дождя…

Глупость мы делаем. Собрались, герои… самоуверенные, как немцы в июне сорок первого… что нам «Лабиринт Смерти»…

Неверна сама наша идея.

Надо было довериться инстинктам которые увели меня из «Лабиринта» после первой неудачи.

Но что тогда? Что? Искать Темного Дайвера? Проще иголку в стогу сена найти… да и не станет он нам помогать.

Пробиваться на прием к Дмитрию Дибенко, заварившему всю эту кашу? Только подставляться под удар. Он понимает, на что идет, не может не понимать. Когда-то он создал глубину, теперь создает для нее смерть. Чем он руководствуется? Не знаю. Я не психиатр. Любому поступку можно найти самое гнусное и самое благородное истолкование. И какое получу я, если достучусь до Дибенко, роли не играет. От своей новой игрушки он не откажется.

Что мы еще не попробовали?

Пойти в редакции виртуальных газет и журналов? Ну, в «Вестнике Глубины», «Вечернем Диптауне» или «На Волге» меня вежливо выслушают, угостят кофе и выпроводят взашей. Они и не таких психов повидали. В каком-нибудь русскоязычном желтом издании, вроде базирующейся в Воронеже «Птички кар-кар» или липецкой «Шелухи» встретят с распростертыми объятиями. Поблагодарят, пожмут руку и выпустят номер с аршинным заголовком: «Двадцать семь хакеров погибли от вирусного оружия пятого поколения!»

Не верю я в силу такого печатного слова.

Вот в силу глупости, наглости, невежественности – запросто.

На миг мне становится так тоскливо, так безысходно, что я готов прошептать свой верный стишок. Выйти из глубины – пусть голова отзовется болью. Слопать что-нибудь, завалявшееся в холодильнике. И лечь спать… сейчас четыре утра, между прочим…

Вот только спать еще не хочется. Слишком много гормонов бушует в крови. Мы преодолели тот миг, когда хотелось спать, пошли дальше – и добрались до тугой, бессонной усталости…

Поднимаю руку, ловлю такси.

– Бар «У погибшего хакера».

Водитель кивает, значит, адрес ему знаком. Что ж. Посмотрим, где собираются самые крутые хакеры современности?

Едем долго. Похоже, виртуальный бар размещен на каком-то задрипанном сервере, может быть, даже, на частной машине владельца заведения. Наконец останавливаемся под сияющей вывеской – на узкой темной улочке она одна.

«У погибшего хакера».

Великолепный метод маскировки, что ни говори. Я думаю об этом совершенно серьезно, без всякой иронии. Что может быть лучшей маскировкой для хакера, чем такая открытая яркая вывеска? Никто ведь всерьез не воспримет.

Надо быть либо неприметным, либо ярким. Иных вариантов не существует.

Расплачиваюсь, подхожу к двери. Толкаю – дверь заперта.

Чувствуя себя полным идиотом, произношу вслух:

– Сердце и Любовь!

С протяжным скрипом дверь отворяется.

Вхожу. Грохот за спиной. Ну закрыли и ладно. Зачем такие шумовые эффекты?

Бар небольшой и, на что я уже и не надеялся, уютный.

Прямоугольная комната, сумрачное освещение. Стены, пол, потолок – все из каких-то маленьких квадратиков… присматриваюсь.

Дискеты.

Надо же, как стильно.

Дискеты самые разные. Некоторые вроде бы новые. Некоторые – подписаны. Тут и программы, и игры… точнее – кусочки программ, кусочки игр.

Мне начинает тут нравиться.

За стойкой бара – явное порождение программы. Розовощекий, плотный, улыбчивый бюргер.

– Кружечку пива, – говорю я, тыча наугад в один из кранов.

Бармен кивает, наполняет кружку.

«Попытка внешнего контроля системы. Получен запрос на идентификацию. Разрешить доступ к системной информации?»

Шепот Вики слышен лишь мне. Я улыбаюсь, киваю бармену, говорю:

– Да…

Денег за пиво с меня не берут. Логично. Раз здесь собираются хакеры, то пиво должно быть ворованным. Бесплатным для своих. А чужие тут и не ходят…

С кружкой в руках отхожу от стойки, оглядываю бар. Народу немного. У одного столика сидят молодые парни самого что ни на есть хакерского вида. Хакерско-голливудского. У них нечесаные длинные волосы, горящие безумием глаза, они неряшливо одеты, оживленно жестикулируют и о чем-то спорят. Именно такие в боевиках подбирают самый сложный пароль за секунду до взрыва, взламывают компьютеры Пентагона, говорят не буквами, а цифрами, падают в каждую лужу, но в решающий момент проявляют отвагу и сноровку, достойную не мирного программиста, а вышедшего поразмяться коммандос.

Опять же ничего определенного сказать нельзя. Это может быть имидж. Может быть маскировка. А может быть, инфантильная игра в «крутых хакеров».

Прохожу мимо парней. На меня внимания не обращают – раз вошел, значит имел право.

В конце зала еще одна группа. Всматриваюсь.

Молодая женщина. Лицо симпатичное, но нервное, дерганое. Крепкий мужчина, немного старше ее. И еще мой недавний сослуживец. Сейчас он во взрослом теле.