Читаем Фактор холода полностью

Филин с досадой повернулся, пытаясь найти в комнате такое место, где связь была бы лучше, но вдруг понял, что она вообще прервалась. Он взглянул на панель: она не светилась.

– Филин?

Бегли стоял в дверях гостевой комнаты, в которой спал Филин. Он держал свою Библию, заложив место, на котором остановился, пальцем. Он был полностью одет и выглядел свежим, как роза. Филин мучительно застеснялся: сам-то он еще дрожал в одних трусах.

– Доброе утро, сэр. Это был Перкинс. Вертолет прибудет к десяти часам.

– Отлично. – Бегли посмотрел на часы. – Как только будешь одет…

– Да, сэр.

Бегли вышел, пятясь задом, и закрыл за собой дверь.

К счастью, подогреватели воды у Гаса Элмера работали на пропане, поэтому Филин снова принял душ, хотя это было первое, что он сделал накануне, когда они зарегистрировались и разместились в коттедже номер семь. Бегли настоял, что им надо держаться как можно ближе к коттеджу номер восемь, так как не доверял Датчу Бертону и не сомневался, что одержимый шеф полиции предпримет новую попытку прорваться в дом Тирни.

В отсутствие электричества они не смогли включить компьютер Тирни, и это вызвало у Бегли приступ бессильного бешенства. Ему хотелось как можно скорее влезть в файлы Тирни. Филин же, напротив, был втайне рад задержке. У него глаза слипались от усталости, он сомневался, что сможет сосредоточиться на раскалывании кодов доступа Тирни.

Их коттедж был единственным на всей турбазе с двумя спальнями, разделенными общей жилой комнатой и кухней. Пришлось обходиться светом от камина, свечами и походным керогазом. На ужин съели банку чили, которую Гас Элмер с удовольствием – хотя и далеко не бесплатно! – им выделил, после чего Филин принял душ и добрался до постели, как сомнамбула.

И вот теперь, через пять минут после пробуждения, он присоединился к Бегли в общей комнате.

– Я вскипятил воду для кофе, но его не рекомендую. Даже в полицейском участке кофе лучше, чем здесь. Давай поедем в участок и там будем дожидаться вертолета. Я полагаю, мы обязаны хотя бы из вежливости сообщить Бертону о РВП.

– Я согласен, сэр. – Филин натянул куртку и перчатки.

– А Перкинс сказал, где приземлится вертолет?

– Нет, сэр, не сказал. Мы до этого не дошли, связь прервалась.

Бегли проверил свой собственный телефон и выругался, убедившись, что связи нет.

– Я перезвоню Перкинсу, как только мы доберемся до полицейского участка, – заверил его Филин.

Некоторое время они ехали в молчании, потом Бегли заговорил:

– Лилли Мартин. Думаешь, она еще жива, Филин?

– Думаю, да, сэр.

– Почему?

– Она позвонила Бертону и сказала, что они вместе. Он об этом знает.

– Надеюсь, что ты прав.

Подъехав к полицейскому участку, они с изумлением увидели скопление гражданских автомобилей, в основном полноприводных внедорожников, перед приземистым кирпичным зданием. Те, что не уместились на стоянке, загромождали улицу по обе стороны от полицейского участка.

– Какого черта? – задал риторический вопрос Бегли.

В приемной толпились мужчины в военном камуфляже или в охотничьих костюмах. Большинство были с ружьями. Филин заметил одного с луком сложной современной конструкции и колчаном со стрелами. Все были возбуждены и говорили одновременно.

Бегли попытался локтями проложить себе путь сквозь толпу к дежурному, который, судя по всему, стал мишенью всеобщего недовольства. Предприняв несколько безуспешных попыток пробиться через толкучку, старший спецагент заложил четыре пальца в рот и издал оглушительный свист. Шум мгновенно стих. С топотом, напоминающим бег табуна мустангов, всепогодные горные башмаки повернулись на сто восемьдесят градусов.

Теперь, когда глаза всех присутствующих в помещении устремились на него, Бегли назвал себя. Его голосом можно было резать стекло. Позже, когда все уже кончилось, Филин рассказывал сослуживцам, что никогда еще «яйцерезка» не была такой убийственной.

– Пусть кто-нибудь мне объяснит, что здесь, черт побери, происходит! – проревел он.

Толпа раздалась, давая дорогу человеку, который проталкивался сквозь нее навстречу Бегли. Хотя он был наряжен, как парашютист, Филин узнал в нем Эрни Ганна.

– Мистер Бегли, мистер Уайз, – поздоровался он. – Эти люди – волонтеры. Они помогали искать Миллисент, пока буран не заставил нас прервать поиски. Вчера мы узнали, кто ее похитил. Мы собрались этим утром, чтобы помочь поймать Бена Тирни.

Должно быть, сразу после вчерашней встречи с ними Ганн уведомил всех своих друзей, что именно Бен Тирни был злоумышленником, похитившим его дочь. А они уведомили своих друзей. Заглянув в лица собравшихся, Филин прочел в них решимость линчевателей, нацеленных на поимку намеченной жертвы и отправление своего собственного правосудия.

Не обращая внимания на остальных, Бегли обратился к Ганну:

– Я понимаю, вы доведены до крайности…

– Со всем уважением к вам, мистер Бегли, вы не можете понять. Ваша дочь дома, она жива и здорова.