Читаем Факел сатаны полностью

– Не я. Уж если в Москве серьезно подумывают…– Видя недоверчивое выражение лица облпрокурора, Гранская пояснила: – Да-да. Об этом во всеуслышание было сказано на пресс-конференции руководства московской милиции.

– Куда мы идем!…

– В этом вопросе как раз идем туда, куда надо,– улыбнулась следователь и продолжила серьезно: – Действительно, нельзя ведь жить, как страус. Зарыл в песок голову и не видишь, что творится вокруг… Проституция была всегда: и при царе Горохе, и при Ленине, и при Сталине, и при Брежневе. Это только официально считалось, что ее нет.

– Но такого разгула не было.

– Правильно,– согласилась Гранская.– Нравы упали ниже низшего… Вот поэтому и нужно реагировать. Создать милицию нравов, поставить всех «ночных бабочек» на учет, регулярно обследовать.

– Опять желтые билеты…

– А что делать? Смотрите, к чему приводит стихия. Вокруг девиц древнейшей профессии криминагенность растет как на дрожжах. Их обдирают все, кому не лень. Сутенеры, рэкетиры, швейцары гостиниц, таксисты. И убивают их чаще всего… Ну а детская проституция? Наглые молодчики отлавливают сопливых девчонок по одиннадцать-двенадцать лет и торгуют ими почти в открытую.

– Да-да, это самое страшное.

– Я уже не говорю о том, что нужно взять хоть под какой-то действенный контроль распространение венерических заболеваний. В том числе и самого страшного – СПИДа. Ведь он поражает прежде всего молодежь. Нет, думайте обо мне что хотите, а я за публичные дома.

– И это говорит юрист,– покачал головой прокурор.– Блюститель нравственности… И вообще не думайте, что проституция у нас явление стихийное, никем не управляемое. Мне рассказывали в Москве, что на самом деле это большая и сложная машина с прекрасно отрегулированным механизмом. Ее винтиками оказываются множество самых различных людей. От швейцаров ресторанов до шоферов такси и владельцев квартир. Вот с этими преступными структурами и надо бороться. Как с проституцией в целом. Легализация ее, к чему вы призываете, не выход. Всегда около проституток будут ошиваться преступные элементы. Недаром везде и всегда публичные дома располагались в сомнительных районах городов, куда и днем-то заходить опасно.

– И все равно я прагматик. Честное слово, пусть лучше молодой парень пойдет в публичный дом, чем потащит малолетку в подвал и надругается над ней… У нас ведь все с надрывом, перехлестом. Десятилетиями насаждали так называемую коммунистическую нравственность, а она по сути ханжество. И стоило чуть повеять свободой, как шлюзы открылись. Сексуальная революция в нашей стране может обернуться все тем же бунтом. Бессмысленным, жестоким и беспощадным. Посмотрите, как у нас изображают в кино интимные сцены. Если показывают половой акт, то он происходит не в постели, где этим занимаются нормальные люди, а на полу, в подсобке магазина, в подворотне. А вспомните преступления на половой почве. Ну, с теми, с которыми сталкивались. Это же садизм, зверство! Подростки, совсем еще дети, измываются над своими подружками, как озверелые преступники. Это продолжение той же нашей истерики. Как на войне или идеологическом фронте – бить до победного конца!

– Точно подмечено,– усмехнулся Измайлов.

– А само отношение к любви, к сексу? – продолжала Инга Казимировна.– Хомо советикусу с пеленок вдалбливают, что это нечто стыдное, грязное. Вместо того, чтобы культивировать красоту плотской любви, как делается издревле на Востоке… Между прочим, в Индии самые крепкие браки именно поэтому. Там любовные утехи – святое дело. Любви надо учить, как учат говорить, есть, пить. И лечить, если у человека сексуальное расстройство. Вон в Америке уже применяют сексотерапию. Так называемый тренинг. Там делают это прямо в медицинском учреждении с помощью проституток и добровольцев…

– Ну это уж совсем!…– осуждающе сказал Захар Петрович.

– Я понимаю, нам не подходит,– с иронией произнесла Гранская.– Мы ведь поборники моральной чистоты…

– Да, всему должен быть предел. Вас послушаешь, так следует разрешить всякие извращения.

– Что вы имеете в виду?

– Например, педерастию, лесбиянство…

– Разрешать или нет, Захар Петрович, не в чьей-нибудь власти. Половая ориентация – от природы. И так называемые отклонения – не насморк, не вылечишь. Ученые давно уже открыли, что сексуальная направленность не корректируется. А раз так, уголовным наказанием натуру исправить нельзя. Гуманнее подгонять законы под человека…– сказала Гранская и тут же поймала себя на мысли, что в ее суждениях явно чувствуется влияние дневника Кирсановой… Получается, что она, следователь, во многом разделяет мысли проститутки… Немного подумав, прокурор хотел что-то возразить, но тут зазвонил телефон. Оказалось, жена Измайлова.

– Нашла-таки меня,– виновато улыбнулся Захар Петрович, закончив с ней разговор.– Дуется, что прямо из аэропорта – в прокуратуру…

– Я бы тоже была недовольна, если бы муж, вернувшись из командировки, поехал не домой, а на работу.

– Когда в Москву? – на прощанье спросил прокурор.

– Завтра утром.

«…15 октября 1989 г.