Читаем Файролл полностью

— Эй, боец, иди сюда. Все, группа собрана, пошли квест брать, к тетушке Дорис. Ее озерные гоблины одолевают, жизни не дают и по ночам шумят. А тетушку уважать надо и ценить. Так что сейчас мы этим гоблинам будем филиал ада открывать.

— Это, конечно, здорово, — тут же сказал ему я. — Только чем их уничтожать-то будем? Руками голыми?

— А, ну да, — погрустнел Фрори. — Нет же у вас ничего. И денежек нет. Что, ни у кого нет? Ну, я так и думал. А давайте я вам сейчас за свой счет куплю по дубинке — тут неподалеку магазин имеется. У меня там и скидка нормальная. Ну а вы за такое мое доброе отношение к вам весь сегодняшний лут мне отдадите.

Ах, молодец! Вот так бизнес и делают. Сами судите — группа из пяти рыл, которая за шесть-семь часов боя наберет как минимум уровня два-три и, соответственно, много пусть и дешевого, но все-таки ликвидного лута. Попастись тут неделю-другую таким макаром, вербуя вновь приходящих и снабжая их копеечным снаряжением, — и вот тебе стартовый капитал. Плюс капающий опыт. И все совершенно безопасно. А выбора особого нет, если откажется кто, на его место пулей прилетят другие желающие. И потом, перед уходом из Нублэнда, сказать: «Простите, парни, у меня тут дело, прям важное такое, что труба». И собирать новую группу. Ну а если вдруг кто из тех, кого он окучил, в люди выбьется, так прийти и скромно сказать: «А помнишь, как я тебе твою первую дубинку купил…» И слезу смахнуть.

Чую, что у этого представителя подгорного народа корни-то в колене Израилевом…

Двое согруппников сразу радостно заорали, что он хоть и гном, конечно, но человек и что они согласны, а вот еще один, эльф по имени Ойголинн, которого Фрори вербанул последним, явно прикидывал выгоду и убыток. Но и он кивнул головой. Ну коли все согласны, так и я — за. Впятером веселее, чем одному.

Надо отметить, что все-таки здорово тут все сделано, реалистично. После того как мы дружно согласились отдать весь лут нашему предприимчивому гному, тот нас быстренько отвел в местный супермаркет (товаров в лавке было вроде и много, но все какие-то неказистые. С другой стороны — чего ждать от нубятника? Элиток и раритеток?) и купил нам самые незамысловатые дубинки.

«Простая дубинка. Одноручное оружие. Урон: 6 — 10. Тип урона — дробящий. Прочность — 80/80».

Затем гном торжественно сказал:

— Вы взяли в руки свое самое первое оружие в мире Файролла. Запомните этот момент и не забывайте его никогда!

Фрори еще раз укрепил мое мнение о том, что если я или кто-нибудь из моих нынешних соратников станет серьезным героем в этом мире, то рано или поздно он ввалится в нашу жизнь, как черт к монаху.

Тетушка Дорис жила в премиленьком небольшом домике, минутах в семи ходьбы от живописного озерка. Фрори постучался в резную ореховую дверь и, входя в домик, тихонько скомандовал:

— Ноги вытирайте! Не дай бог наследим, вообще квеста не увидим. У нее на чистоте бзик порядочный.

Внутри домика было не просто чисто, там было стерильно, как в какой-нибудь операционной. Сама тетушка Дорис оказалась миниатюрной старушкой с седенькими буклями в накрахмаленном передничке и белом чепчике. Выглядела она очень утомленной.

— Как дела? — гаркнул Фрори. — Как здоровье, тетушка Дорис?

— Ох, любезный гном, да не очень-то, — грустно откликнулась хозяйка. — Не сплю почти, каждую ночь этот гвалт, шум.

Фрори толкнул меня в бок и прошипел:

— Спроси почему. Я этот квест уже делал, мне его не выдадут.

Ну конечно ты его делал. Что-то мне подсказывает, что здесь ты не в первый раз…

— А откуда шум-то, тетушка? — включился я в беседу. — Кто спать не дает?

— Так гоблины озерные, — всплеснула руками старушка. — Они, окаянные. Притащились невесть откуда, в озерце около моего дома поселились и, что ни ночь, — шумят и безобразничают, да громко так, что не уснуть. В окно стучат, рожи строят, а давеча на крышу один залез и давай по ней бегать, а остальные на него посмотрели — и туда же. Потом корыто старое откуда-то притащили и принялись в нем с крыши съезжать всей оравой и орать, что бобслей, мол, бобслей. Что за бобслей такой? Ругательство, поди, какое гоблинское. Мучение одно. Чуть всю черепицу на крыше не разворотили.

Старушка тихонько заплакала, утирая слезинки белоснежным платочком, который она достала из рукава.

— Тетушка Дорис, давайте мы вам поможем и ту ораву гоблинскую шуганем так, что они ваш дом стороной обходить будут, — предложил я.

— Ой, ребятки, помогите. — Добрая старушка с надеждой посмотрела на нас. — Только как же я вас отблагодарю — у меня нет ничего.

— Да ладно, — улыбнулся я. — Мы пионеры-тимуровцы, хорошим людям просто так помогаем, безвозмездно, то есть даром.