Читаем Файролл полностью

Вы изучили пассивное умение "Дипломат" 1-го уровня. В некоторых случаях, когда драки можно будет избежать, ваша сила убеждения с вероятностью 40 % сможет ее предотвратить. От количества и качества переговоров зависит повышение уровня умения".

Не соврал, хрычучун. Недурственные умения. С легким сердцем я отдал ему пятьсот золотых и двинулся к надгробию, завершать свои дела на сегодня. Сохранившись и немного подумав, я убрал "Змеиный зуб" из активных умений. "Подсечка" однозначно полезней.

Итак, на сегодня у меня в слотах были следующие умения: "Меч возмездия"; "Кровоток"; "Душа волка"; "Память о боге"; "Подсечка".

Очень неплохой, на мой взгляд, наборчик. И, надеюсь, "Кровоток" скоро тоже получит второй уровень.

— Опять кто-то Колюню пустил в подштанниках побегать, — услышал я слова проходящего мимо меня игрока, адресованные его спутнику. — По полной.

— Ох, разденут его когда-нибудь. Опять скидываться придется.

— Ребята, — окликнул я их, — вы не про того чудака, у которого волосы дыбом? Ну он на дороге стоит и норовит проходящих мимо ограбить.

Игроки остановились и повернулись ко мне.

— Это ты его, что ли? — спросил один из них.

— Я. А что прикажете делать? Он дубиной махал и убить грозился.

— Вещи его не взял? — спросил второй.

— Да нет. Он странным мне показался, я и не стал. Да и чего там брать-то…

— Ну да. Он странный и есть. Он игроком раньше был, с серьезным уровнем. Потом в реале у него что-то случилось, по голове его приложили. После этого он не то чтобы тронулся, но и адекватным не назовешь. Сидит теперь на той дороге, изображает разбойника. Никого, правда, ни разу не убил. А вот его — постоянно. Иногда и вещи забирают. Тогда игроки скидываются и ему новые покупают — жалко его.

Ребята ушли, а я подумал о том, что, может, игра где-то есть великое благо? В том мире мы бы от полуидиота шарахались или его брезгливо жалели, а тут ему помогают от чистого сердца и о нем заботятся. И какой из миров, выходит, лучше?

Надгробие, у которого я сохранился, находилось совсем рядом с северными воротами, которые были открыты. Я подошел к ним и увидел, что Ринейские горы близко-близко. Снежные шапки на вершинах переливались в лучах заходящего солнца. За ними, за этими горами, была моя новая головная боль. За ними был север, край холодных ветров, суровых воинов и сильных врагов.

Следующее утро я встретил в редакции. Мы с Викой приехали туда ни свет ни заря — она весь вечер рассказывала мне, что очень много всякой информации ей Диана навалила. И впрямь, активная неделька выдалась в Файролле. Народ прямо как с цепи сорвался.

В районе полудня у меня заиграл телефон. Это был Зимин.

— Киф, добрый день. А ну-ка, подойдите к окну!

Я подошел к окну. За ним был двор перед редакцией, дождь и машины.

— И? — осторожно спросил я.

— А посмотрите-ка, что стоит у входа в подъезд редакции, — тоном провокатора спросил Зимин.

Я посмотрел. Там стояла новенькая "Шевроле-Импала", причем это была "Шевроле-Импала" тысяча девятьсот шестьдесят седьмого года! Откуда они ее взяли только? Это была моя мечта с… Да это всегда была моя мечта!

— Ага! — раздался в трубке голос Зимина. — Гадаете, откуда мы узнали о вашей любви к старым "американкам" и откуда мы взяли новую "Импалу"? Нам ее сделали по специальному заказу. Ручная сборка.

— Это ж сумасшедшие… — начал бормотать я.

— Стоп. Это премия. Вы приносите нам огромную пользу, и мы оставляем за собой право премировать отличившихся сотрудников. Как и штрафовать провинившихся. Потом спуститесь, там, в машине, человек, с ним там надо куда-то поехать, что-то оформить, что-то подписать, я в этом не очень понимаю. Он вам все объяснит.

— Спасибо вам, — продолжал я бормотать смущенно.

— Оставьте. Да, еще. У нас тут горе, сотрудник скончался. Молодой совсем был, безумно талантливый. Вам сейчас факс придет, вы в "Вестник Файролла" тогда поставьте на первую полосу некролог, и еще несколько фотографий Ди вам сбросит, выберите на ваш вкус… Мои тут набросали текст, вы подредактируйте, сделайте, как надо, хорошо? С фото, с нужными словами, что сотрудники скорбят… Ну что я вас учу. Все, я побежал, дела.

И не слушая мое очередное "спасибо", он повесил трубку.

— Киф, тебе факс пришел, — ко мне подошла Вика. — Прямо написано: "Никифорову, лично в руки".

С листа на меня смотрел довольно молодой парень с хорошей открытой улыбкой. Надо же, тридцать семь лет, а был главным администратором игры. И на тебе — сердечный приступ. Я на автомате читал текст, глаза зацепились за знакомое имя. Я вернулся назад, к предыдущему абзацу.