Читаем Эволюция Хакайна полностью

Буся смогла вытащить из аномалий пару артефактов, замеченных Никитой. Когда довольный парень щедро предложил Бусе половину стоимости, от артов сих, она без лишних слов направила на него дуло автомата. Никита смолк, Велес попытался разрешить конфликт мирно, а Буся шипя рассерженной коброй, пояснила Хавчику, что заметить мало, нужно ещё суметь взять.

— Не можешь взять сам — пиздуй в туман, грибы собирать. — Закончила она свою речь. Но ещё долго бросала на парня взбешённые взгляды. Так Никита узнал о сих тонкостях древней сталкерской традиции в групповом поиске артефактов, главных даров жестокого мира Зоны.

Те два артефакта, что лежали к утру четвёртого дня, в рюкзаке Велеса, он не находил. Просто их никто не смог достать. Один лежал в извилистом тоннеле из аномалий, где именно указала Буся — Велес его в упор не видел, пока не откопал из снега. Никита за ним идти отказался. Девушка минуту мялась, а потом плюнула и сообщила, что этот артефакт достать невозможно. А Велес взял и вызвался добровольцем. Очень серьёзный, пытавшийся напрячь даже надбровные дуги — дескать, невероятно сильно сосредоточился, он вошёл в аномальный туннель и медленно шагая, дошёл до указанного места, откопал артефакт и вернулся обратно, полностью истощённый. Пришлось даже передохнуть, лагерем встать на полчаса. Причём он не разыгрывал усталость. Попытка напрячь ухи и надбровные дуги нехорошо сказалась на его хрупком здоровье. Мысленно он пообещал себе так больше не делать — лучше уж пусть у его спутников вопросы неприятные появятся, чем башка опять болеть будет так, будто по ней рельсой псевдогигант стукнул. Второй артефакт лежал в центре огненной аномалии. Как его достать первой догадалась Буся — одиночными выстрелами, попыталась выбить его на другую сторону, застывшего ледяного вулкана. Действительно, красиво смотрелось — сработки аномалии растапливали снег и сейчас, приличный кусок снежного покрова превратился в ледяное озеро с бугрящимися ледяными волнами по бокам. В центре получилось углубление, навроде корявой чаши. Слегка походило на большой макет жерла вулкана.

Потратив десять патронов, Буся выматерилась и предложила двигаться дальше — красивый оранжевый шарик, решительно не желал выпрыгивать из «вулкана» от толчка пули. А на вид он казался таким лёгким, почти воздушным. Думалось вот дунешь посильнее и он улетит нафиг, в тёплые края. А на деле автоматная пуля, пущенная с пяти метров, запускала его по ледяному откосу, подкидывала на полметра вверх и всё. Шарик падал обратно, с треском ломал лёд и издевательски сиял мягким оранжевым светом. Пули разбивали лёд, делали в нём дырки, в общем, превращали в этакую кашу из обломков льда и снежной пыли. Шарик вообще стал от выстрелов просто вверх подскакивать. Никита его достать даже не пытался. Да и Велес, всё ещё испытывавший некоторый дискомфорт вблизи огненных аномалий, не особо стремился изымать сей красивый шарик. Но едва они двинулись, он наступил на что-то, нога пошла юзом, сталкер сказал «ой», только другими словами, которые взрослые обычно стараются не произносить рядом с детьми и рухнул в снег. Раскопав снег, дабы взглянуть на то, обо что так неудачно запнулся, сталкер обнаружил тонкий, почти прямой древесный ствол, примёрзший к земле. Вот им и вытолкал артефакт на снег, за пределы яростно пылающего огненного столба — стоило сунуть туда палку как он с шипением начал освещать всё кругом. Палка сильно обгорела и сломалась аккурат, когда шарик выскочил за край пламенного столба. Вот так Велесу, тяжким трудом сталкерским, достались два его артефакта. Ни один, из которых он сам заметить почему-то не сумел.

С таким вот грузом за плечами и начался четвёртый день пути. А к вечеру, когда в рюкзаке Буси появилось ещё три артефакта (остальным не повезло), они вышли к последнему кораблю Затона.

— Болота. — Указала девушка рукой, в сторону ровных, на вид бесконечных снежных полей. Велес прищурился, напряг глаза насколько это возможно и разглядел на горизонте то, что не заметили его спутники. Там, довольно далеко отсюда, виднелась туманная серая полосочка. Очень тоненькая, но ровная, плавно огибавшая горизонт, так что оставалась непрерывной, ровненькой. Кордон. Участок, идущий по болотам. Если память не подводит, три года назад занимаемый особым миротворческим корпусом французского иностранного легиона. — Больше кораблей нет. Укрытий от Выброса тоже. Только там, — она указала рукой влево, потом вправо, — и там, строения. Реально укрыться от Выброса можно только там.

— Почему? — Поинтересовался Никита, вглядываясь вправо — вроде чистые поля.