Читаем Эволюция Хакайна полностью

— Да как хочешь. — Злой мэр выбросил окурок и пошёл по снегу, совсем не проваливаясь и не оставляя следов.

— Эй, ты куда?

— На кудыкину гору, грибов пособирать. — Буркнул злой мэр. — Тебя ебёт? Отстань вообще, это моя галлюцинация, я тут всё придумал, куда хочу туда и иду.

И ушёл. Как-то шёл, шёл и вдруг пропал.

Велес довольно долго стоял на месте и смотрел на девственно чистый снег, по которому ходил злой мэр. Был момент, когда ему даже показалось что мэр прав, и он сам вот-вот исчезнет вместе с Зоной, всем прочим, проснётся где-нибудь в Токио, в отеле. Рядом Хасан будет, Турок…, хотя Хасана убили где-то через два месяца после его прибытия в Японию и…

Сталкер отвернулся от места пропажи злого мэра и поспешно стал шагать, куда глаза глядят. Кажется. А когда кажется креститься надо — на всякий случай перекрестился. Кто его знает. Вдруг помогает? Впрочем, если заглянуть в историю, то начинаешь сомневаться — вон сколько этих с привычкой креститься по любому поводу, в больничках с мягкими стенами поперемёрли. Вряд ли помогает. В общем, надо что-то делать и срочно, пока ещё кто в гости не пришёл.

К вечеру, ему таки удалось поймать плоть. Худую, может дня через три умершую бы собственной смертью с голоду, но всё ж таки плоть — невероятно вкусное мясо с жирком. Сытный обед значительно улучшил настроение. Он даже перестал думать о том, что может быть всё вокруг галлюцинация, а злой мэр единственный настоящий элемент во всём этом удивительном мире. Всё-таки было бы очень обидно, если бы всё это оказалось просто наркотическим бредом. Где ещё на планете можно найти такой чудесный уголок, по-настоящему живой природы, мир, где нет никаких условностей, кроме тех, коих ты сам желаешь придерживаться? Или тех, что ты сам и придумаешь.

Нет на Земле таких уголков. Давно уже нет. Разве что Амазонка. Но там дождь, мухи разные, аборигены и тараканы с лошадь размером — в общем, гадость всякая.

Заснул под старым изломанным дубом, росшим на опушке крошечного лесочка. Уже сползая в ласковые объятия сна, Велес, словно наяву увидел красивую, миниатюрную девушку в деловом костюме. Она поклонилась и что-то сказала, на непонятном языке. Он повернулся и сказал хмурому мужчине в спортивном костюме.

— Хрена ей надо?

— А я откуда знаю босс? — Парень прищурился, узкие от природы глаза превратились в щелки. — Я русский, а не желтожопый.

— Какой ты русский с таким-то еблищем? — Сказал кто-то рядом, смуглый, подтянутый, одетый более подходяще для Токийского аэропорта, чем его спутники.

— Турок, захлопнись. — Рыкнул он и знаком потребовал от Хасана успокоиться. Красные пятна, густо покрывшие лицо «русского» парня, светлее не стали. — Хасан, кому поручали японский учить блять? Кто должен был изображать обрусевшего япошку?

— Я. — После полуминуты молчания, ответил парень, теперь весь ровного алого цвета.

— И?

— Да не знаю я, чего она говорит. — Промямлил Хасан, с такой ненавистью посмотревший на девушку, что у неё улыбка истаяла, а красивые ножки без согласования с мозгом, сами отступили на шаг назад. — У этой суки драной, диалект неправильный.

— Хасан бля! — Вновь почти зарычал босс. — Ещё услышу такое обращение к даме, ебло через пузо вырву и скажу, что так оно и было. Понял?

— Понял босс. — Опустив голову, проворчал Хасан, к новому боссу привыкнуть ещё не успевший. Впрочем, как и Турок. Новое начальство оказалось странным, по слухам, из числа загадочных «ангелов». До первой встречи с ним, Хасан над слухами лишь посмеивался — где это видано что бы мусорщик, бык, хоть и элитный, становился боссом? Полёт ласточкой через полкомнаты с отбитым брюхом, причём непонятно как всё это случилось, его мнение изменил. Хасану ещё только предстояло узнать, что у нового босса есть и другие, не менее удивительные странности.

— Алексей Сергеевич, я немного говорю по-русски. — Сказала красивая девушка, минуту назад лопотавшая чего-то на местном хриплом наречии. Наверное, она ожидала смущения…, второй взгляд Хасана заставил её вскрикнуть и побледнеть, Турок хохотнул, як вот коник молодой, а Велес расцвёл улыбкой Казановы в юности и протянул ей руку.

— Юки Такаши. — Прошептал сталкер, проваливаясь в сон — кусочек забытого прошлого…

Утро оказалось прохладным, приветливым и заунывно воющим.

Проморгавшись, он обнаружил, что приветливое — это солнышко и прохладный ветерок, а то ужасное заунывное и воющее — Кут, чья морда вся перемазана свежей кровью.

— Привет! — Воскликнул сталкер, мысленно поблагодарив небеса, что перед ним Кут, а не злой мэр. Впрочем, радость оказалась преждевременной. Заметив, что друг проснулся, пёс подпрыгнул, провернулся на месте, подхватил что-то со снега и прыгнул к нему. Едва в него не врезался, а может так и собирался сделать, да лапы в снег провалились. Пёс не растерялся, до хруста вытянул шею и разжал зубы. Велесу на колени упал внушительный кусок мяса, судя по кусочку кожи с грубой серой шерстью, это вполне мог быть кабан. Увы, судя по запаху, это вовсе даже не кабан, а что-то, что раньше умело гавкать, подобно Куту.