Читаем Эволюция Хакайна полностью

С минуту она стояла перед этой дверью, когда-то закрывавшейся на электронный запор из трёх стальных штырей. Если память ей не изменяла, в обшивку добавлялись какие-то элементы предположительно способные защитить обитателей от излучений Выброса. Жаль, что теперь она не закрывается. Ну, хоть шум сверху приглушило и то хорошо. Ещё бы люк как-то изолировать от звука…, впрочем, не стоит. Они намеренно оставляли всё так — звук сообщал Велесу куда больше чем ей или другому сталкеру. Он мог, прислушавшись в их комнате, сказать, что происходит снаружи. Если изолировать люк, даже его слух бессилен…, впрочем, нужно ли это теперь? Когда наверху стадо Тёмных, тут даже химера трижды подумает, прежде чем близко подойти.

Спустя полчаса, Оля уже спала и не сказать что сладко. Снилась всякая муть, а под утро она проснулась оттого, что сверху перестали доноситься истошные вопли. Снова уснуть удалось не сразу. Вот ведь человеческое ухо! Не можешь уснуть из-за шума, а как привыкнешь, он исчезнет, и блин теперь не можешь уснуть, потому что вокруг невероятно тихо. Закон подлости в действии.

Утро не стало добрым, хорошим и так далее — Оля проснулась голодная, злая, голова болела, глаза красные. Минут пять искала зеркальце, купленное у Лизы. Потом вспомнила, что тут недавно было, как трудно оказалось, отмыть пол и что в стене до сих пор зияет уродливая дыра. Большинство вещей, включая половичок, сгорело или обуглилось так, что пришлось выкидывать. Зеркальце, помнится, залило расплавленной пластмассой рамки и его тоже выкинули.

— Рррррр. — Натурально по-демонски зарычала девушка, когда ожили в памяти мгновения тяжёлой битвы с грязью и копотью в комнате. Тут же вспомнилось, что бороться с сим пришлось в гордом одиночестве, потому что у мужчин, по-первости с тех дней, развились какие-то глупые комплексы, по поводу контактов с ней. В общем, в главную комнату она выбралась одетая, всклокоченная и нацеленная на ком-нибудь сорвать злобу. Увы. Семён, до вечера торчавший в углу, а потом всю ночь украдкой тыривший еду из кухни, сейчас спал богатырским сном, разметавшись по кровати. Оля зашла в его комнату и злость поутихла — титан валявшийся на кровати располагал совсем к другим чувствам, нежели злоба. Минуты две она любовалась громадными лапищами и чудовищными узлами мышц, а потом тряхнула головой, и аккуратно закрыв дверь, вышла прочь. Срывать свою злость на Ломе ей уже расхотелось, по причине почти полного исчезновения этой злобы. Но настроение всё ещё оставалось плохим. И она вдруг поняла, что сверху не слышно ни звука. Учитывая вчерашний тарарам, контраст получался замечательный. Девушкой завладело любопытство и она, накинув вещички потеплее, двинулась наверх. Тут возникла проблема с дверью тамбура. Пришлось минуту потеть, прежде чем удалось сдвинуть её достаточно далеко в сторону. Протиснувшись внутрь тамбура, она ловко вскарабкалась наверх и…, и чуть не сковырнулась обратно.

— Милосердная! — Взвыл стоявший неподалёку парень…, хотя может и девушка, не совсем понятно, и вокруг мгновенно зашуршали, забегали, а спустя минуту, все Тёмные разом грохнулись в снег с истошным воплем. — Смертнаааая Тееень!!! Слава тебе! Слава Милосердной!

Если бы не шок и отвисшая челюсть, Оля, наверняка, смогла бы порадоваться такому массовому поклонению своей персоне. Однако…

Весь снег вокруг, утратил свой чистый белый цвет. Везде пятна крови, кое-где валяются внутренности непонятно каких зверей. Всё истоптано, над снегом поднимается не шибко приятный запах сырого мяса, а кое-где и куски это самого мяса валяются. Где просто куски, а где и жутко скривившиеся конечности разных тварей. Особенно интересно смотрелась полусгнившая рука зомби, кем-то заботливо воткнутая в снег, чуть не у самого входа. Скрюченные пальцы с обломанными ногтями, подушечки пальцев содраны — толи беднягу таким и поймали, толи он пытался сбежать, пока его не порвали на куски…

Пальцы сложены во всемирно известный знак «зю», указательный и мизинец направлены на восход. Вероятно, это что-то важное значит…

В радиусе примерно метров пятнадцать от входа в комплекс, на расстоянии метров пять друг от друга, из снега торчали ветки. Не просто так естественно. На каждую воткнута голова. Каких там только не было — крысиные волки, крысы, бошки зомби с перекошенными ртами, кабаньи головы (их из-за веса ставили сразу на две ветки — одну в нижнюю челюсть другую в район позвоночника) и даже жутко ощеренная морда химеры тут имелась. В тот момент, когда Оля появилась, от одного кола с бошкой до другого, ходили люди и аккуратно поворачивали их так, что бы морды смотрели в Зону…, за одну ночь красивый снежный край, был превращён в стоянку какого-нибудь полудибильного африканского племени людоедов.