Читаем Эволюция Хакайна полностью

Девушка расположилась рядом с ним и некоторое время они молчали, а потом завели беседу. Надо признать, беседу интересную для Велеса. Удивительно, но девушка Леска обладала довольно серьёзными знаниями в области химии и довольно посредственными, в области физики пространства. Уже очень давно он ни с кем не мог поговорить вот так, пользуясь научными терминами и концепциями, да при этом, что бы его понимал собеседник. В основном, их разговор вертелся вокруг того безобразия, что поразило Зону. О японце и его лаборатории Велес ни словом не обмолвился, но высказал, якобы собственное предположение, что очень скоро Зону тряхнёт мощнейший Выброс, такой же какой много лет назад взломал Кордон бесконечной волной обезумевших мутантов. После чего Зона вновь станет стабильной, на долгие годы. После часа беседы, Леска согласилась с ним. Но почему-то так и не смогла смириться с отношением Велеса к этому феномену и к Зоне вообще. Она не могла признать, что Зона, просто аномальный выверт.

— Ты не понимаешь. — В конце концов, пожав плечами, заявила она. — Всё то, о чём мы говорили, лишь внешние проявления. Как у человека пульс, сердцебиение, дыхание, но это только внешнее. Всё вокруг это Она. Она видит, слышит, понимает. Верим мы или нет, но Она всегда понимает и видит. То, что произойдёт скоро, этот большой Выброс, как нарыв на коже — она выплеснет ненужное, как нарыв выплёскивает гной и всё стихнет. Зона излечится.

Вот так — по мнению Лески, для обыкновенного сталкера удивительно хорошо подкованной в науке, несмотря ни на что, Зона просто болела. Мутит её, а скоро стошнит и снова всё будет окей.

Велес особо не спорил, чтобы не испортить приятное впечатление, оставшееся от беседы. Он даже пообещал ей, что скоро заглянет к ним снова. И даже не один — с Олей их познакомит.

Он хорошо провёл время с этими людьми и был им благодарен. И может ещё бы остался, на дежурство в поле сходил бы вместе с ними, но, увы, на следующее утро ребята начали коситься — он по-прежнему ничего не ел и от еды упорно отказывался. Причём никто не заметил, что бы он что-то съел втихаря со стола или из собственных запасов, коих у него всё равно много быть не могло. Только плащ с карманами, один из которых полностью занимает не совсем эстетичный в плане внешности и истории возникновения артефакт. Да худой рюкзачок, который он по приходу в гости бросил в углу, да так ни разу к нему и не прикоснулся. Пришлось ретироваться, чтобы не отвечать на неприятные вопросы. Ну как объяснить этим замечательным людям, что он ест только сырых кабанчиков, рис и иногда плотей, потому что они жирненькие и на вкус приятны? Так попытаешься, с перепугу пристрелят нафиг. Или в плен взять попытаются, да сдать кому на опыты.

Рано утром следующего дня, пока все спали, Велес выбрался в нору, толкая перед собой винтовку и рюкзак, полный разными мелочами, да запасом мягкой бумажки.

— Уходишь? — Спросила Леска, вжимаясь в стену и освобождая тоннель, достаточно, что бы он протиснулся мимо.

— Да, я очень благодарен за гостеприимство и ту чудесную беседу, что вы подарили мне юная леди. Прошу прощения. — Велес пополз, старательно вжимаясь в противоположную стену и стараясь не наступить на Леску. Выбравшись на свободный участок, обернулся и добавил. — Я обязательно навещу вас весной или летом.

— Давай. — Девушка поправила шапку и напоследок сказала. — Только сюда не приходи. Мы весной в другом месте обитаем. Долго объяснять. Ты лучше к тому чёрному дереву опять приходи и жди. Мы там регулярно появляемся. Наниматели, кто уже работал с нами, туда приходят, когда нас ищут. — С улыбкой она добавила. — Это наше чёрное дерево, что-то типа пятачка для переговоров.

— Я обязательно зайду.

А выбравшись наружу, Велес ощутил укол совести. Вот так же он сказал Ургу месяца три назад, а так и не соизволил заглянуть к бедному блохастому гиганту. Макак, наверняка, на него обиделся. Надо на обратном пути попытаться отыскать его и…, и…, о! И что-нибудь ему подарить. А чего подарить громадному обезьяну весом со слона? Хм, дилемма. Надо думать.