Читаем Ева. Книга 2 полностью

– По заднице! – он выпалил быстро, и клянусь, слегка покраснел. Я вытаращила глаза:

– Что? Это какая-то глупая шутка?

– И вовсе нет! У каждой женской задницы… кхм… свое лицо… да, действительно, звучит как-то не очень, но так и есть, а твоя тем более такая…

Я запомнила его очаровательным наглецом, не лезущим за словом в карман, но сейчас ему явно не хватало слов, чтобы выразить, какая именно моя задница, потому что он помог себе жестами, и окончательно стушевавшись под моим пораженным взглядом, умолк.

А я вдруг расхохоталась, громко, от души и неприлично. Что-то было в этом мужчине такое, что заставляло меня всегда смеяться, и это действовало и сейчас, полтора года спустя.

Он виновато развёл руками, состроил несуразную примасу и взял с подноса проходившего мимо официанта два бокала.

– Я не могу продолжать обсуждать это на трезвую голову. Предлагаю начать напиваться и в процессе действия выяснить разнообразные стратегии запоминания лиц противоположного пола.

– Я преклоняюсь перед совершенством вашего тактического плана, мой генерал, – парировала я и поняла, что ошиблась. Вечер обещал стать интересным.

Где-то в этот миг на периферии сознания прошелестела мысль, что Майк вряд ли бы одобрил мой выбор развлечений, но я упрямо откинула ее прочь. В следующий раз дважды подумает, прежде чем предоставлять меня самой себе.

Стоило скучать несколько часов ради этого последнего. Толпа вокруг растеклась в расплывчатый фон, я забыла о том, с кем пришла и зачем, полностью погрузившись в двойной разговор. Наши губы смеялись и говорили о неважных вещах, наши глаза ласкали друг друга, нашептывая: я помню. Время пролетело беспощадно быстро и когда заиграла медленная композиция, завершавшая прием, я словно очнулась.

– Потанцуем?

Я помедлила. Не потому, что не хотела с ним танцевать – как раз хотела, но именно этого мужчину мне не хотелось разочаровывать своей «грацией». И если меня увидит Майк… Мне не избежать неприятной сцены. Хорошая, правильная злость запульсировала в висках – когда я так стала оглядываться на мнение своего любовника? Которого из них? В лице мужчины, стоявшего рядом, читалось лишь желание продлить атмосферу дружеского согласия еще на несколько мгновений. Согласиться было естественным, и я приняла предложенную руку, отбросив сомнения.

– Но я должна предупредить, я не очень хорошо танцую, – сказала я и тут же отругала себя за этот дурацкий приступ жеманства. Конечно же, он не спустил мне этого и тут же пафосно изрек:

– Не хочу тебя расстраивать, милочка, но увы, это значит, что ты просто никогда не танцевала с настоящим мастером.

– Все мужчины – хвастливые павианы, – хмыкнула я.

– Все женщины – Евы, вам лишь бы только поспорить, – парировал он, а я вздрогнула. Знал бы он, насколько некоторые из нас Евы.

Танцевать с ним оказалось так же легко, как говорить. Его руки лежали на моей талии свободно, взгляд был спокойным, а пахло от него нагретым песком, деревом, солью и мандаринами, но главное, совершенно не ощущалось никакой сексуальной агрессии. У меня вдруг получилось то, что не получалось никогда: довериться партнеру, расслабиться и позволить ему вести.

– Почему ты убежала тогда? – еле слышно прошелестел голос у моей щеки, и я незаметно покачала головой.

– Тогда было не время.

– А сейчас?

До боли защемило в сердце.

– Нет. И сейчас не время.

– Давай сбежим. Прямо сейчас. Скажи мне имя.

Мы смотрели друг другу в глаза не отрываясь, почему-то невозможным было оторваться. Реальность вокруг исчезала и казалось, что за пределами нашего круга ничего нет, пустота, а существует только это мгновение. Я была готова, хотела сказать ему «да», доверить себя, снова довериться, но музыка вдруг закончилась, и с ней магия. Осталось лишь ошеломление, как будто держал в руках что-то важное, но упустил. Мы молчали, не зная, как спрятать друг от друга свою открытость и ранимость.

– Я же говорил, что я отличный танцор, – он очнулся первым.

– Ну так и быть, признаю, некоторые павианы танцуют лучше других павианов, – отшутилась я и мы снова стали тем, кем и были: двумя взрослыми, насмешливыми и опытными.

– Не хотелось бы казаться подозрительным, но вон тот серьезный мужчина просто сверлит нас взглядом. Должен ли я исполнить танец властелина обезьян и защитить самку от врага?

Серьезный мужчина?

Черт, Майк, черт. Мне пора.

Часы били двенадцать, волшебство вечера распадалось на куски, непринужденность улетучивалась и самым простым решением было снова сбежать, постаравшись не растерять обувь.

Я неуклюже пожала своему партнеру обе руки сразу, протараторила банальные слова благодарности за прекрасный вечер, как будто он был нянькой, присмотревшей за мной, пока родители были заняты и ушла. Сделала два шага, развернулась, и не соображая толком, что же делаю, порывисто обняла его, поцеловала в щеку и не оборачиваясь, унеслась вперед, мысленно приговаривая лишь: "дура, дура, дура"

* * *

– Ничего не хочешь мне объяснить?