– Как ты можешь утверждать, что знаешь Еву, если тебе неизвестно, кто ее муж. А я знакома с ней много лет. И мне лучше судить, кто ей муж, а кто нет, – отчеканила рыжая. – Она была замужем за Чарли Гибсом. Семь лет тому назад она ушла от него. Единственный недостаток этого бедняга в том, что он беден. Ева никогда не водится с ним, но она наезжает к нему, когда ей нужно на ком-нибудь сорвать злость. Если бы ты только слышал, как Ева умеет ругаться. – Рыжая откинула голову и стала смеяться так, что на глазах у нее выступили слезы. Она стряхнула их рукавом. – Я не раз слышала, как Ева отчитывала бедного Чарли. Даже у меня от стыда уши краснели. И вместо того, чтобы врезать ей по зубам, Гибс всегда только смотрел на свою бывшую жену и молчал.

– Расскажи мне о ней.

– А чего рассказывать? Она проститутка, вот и все. Зачем тебе знать об этой проститутке?

– Расскажи. Она заинтересовала меня.

– И не подумаю.

– Сообщи все, что тебе известно, и я дам тебе за это сто долларов.

Лицо женщины просветлело.

– Это стоит дороже, – неуверенно проговорила она.

– Больше я не дам. – Я вынул из бумажника стодолларовую бумажку и помахал ею перед носом рыжей. – Говори!

Она хотела вырвать у меня деньги, но я отдернул руку.

– Я дам эти деньги только после того, как ты расскажешь мне все, что знаешь о Еве. Вот, смотри, я кладу деньги здесь, чтобы они были у тебя на виду, и обещаю: они будут твоими.

Снова улегшись на кушетке, рыжая смотрела на деньги с такой неприкрытой жадностью, что мне стало противно.

– А что ты хочешь знать?

– Все.

Она начала рассказ и до самого его конца не сводила горящих алчностью глаз с денег, которые я, опасаясь подвоха, придерживал рукой.

18