Читаем Это ты, Африка! полностью

По нашему, ещё загодя составленному плану, дальше мы должны были попасть в город под названием Хама, проехав через Кадмус и Мисяф. Это совсем не далеко, километров сто, не более, но трасса, как оказалось, проходит здесь через высокие горы и машин тут немного. Первая легковушка провезла нас только четыре километра, вторая — пять… «Ступенчатые» города росли на склонах гор, а трасса серпантином поднималась вверх. Рейсовый автобусик подвёз нас ещё на несколько километров, и не только не требовал денег, но ещё и угощал хлебными лепёшками. Так мы забрались совсем в холодные горы и, стоя на одной из позиций, начали было уже замерзать (было около +5 и ветер), но нас вскоре подобрал грузовичок в свой кузов, грязный от глины и песка. Мы завернулись в тент. Трасса долго поднималась вверх, а потом пошла вниз; мы заехали на карьер. Вечерело. Конечным пунктом грузовика был маленький, сумрачный, полный ветров городок. Тут же поймали другой такой же грузовичок. После него, наконец, маленький "гробик на колёсах" в своём обитом железом кузове довёз нас прямо до центра Хамы. Ух!

Миллионная Хама, четвёртый по величине город Сирии (после Дамаска, Алеппо и Хомса) знаменита своими деревянными скрипучими водоподъёмными колёсами, построенными здесь в Средние века. Колёса сии, именуемые «нории», вплоть до середины нынешнего столетия поднимали воду из речки в высоко подвешенные трубы городского водопровода. Сейчас водопровод автоматизировали, а нории, скрипя, крутятся вхолостую, привлекая к себе туристов и зевак.

Последний водитель довёз нас прямо до центра города, где, в свете разноцветных прожекторов и фонарей работали фонтаны, были открыты лавки и магазины, и, разумеется, скрипели мокрые, чёрные, похожие на колёса обозрения, нории диаметром с четырёхэтажный дом.

Пока блуждали по вечерней Хаме, поедая сэндвичи и другие вкусности, Мише вновь стало плохо от обилия еды. Сирийские вкусности оказались не просто чуть дешевле наших, но и интереснее. В общем, пора было искать вписку! Мы направились по одной из улиц в южную часть города, размышляя о том, куда бы постучаться на ночлег.

Вторая наша попытка удалась. Случайно мы набрели на пожарную часть.

Она представляла собой двухэтажное бетонное здание. В первом этаже находился гараж и жилая комната — «кают-компания», где сидели пожарные ночной смены, курили, пили чай и смотрели телевизор. Второй этаж был запасным складом пожарных, где они могли поспать, помыться, покачаться на тренажерах и прочее. Со второго этажа на первый вела не только лестница, но и круглая дырка с гладким столбом по центру. Это был людопровод, по которому быстро-быстро все люди могли спрыгнуть со второго этажа на первый.

Когда мы зашли, почти все пожарные (человек десять) тусовались в нижней комнате. Наше появление всех обрадовало; нашёлся один англоговорящий и даже один русскоговорящий, который от своего когдатошнего посещения Москвы запомнил несколько слов: «можно», "говорит" и "сколько рубель".

Мы сообщили о нашей нужде. Пожарные предложили нам чай, в то время как вопрос нашей вписки решался с начальством.

— Chief (шеф), говорит, можно, sleep (спать), — через некоторое время сообщил нам русскоговорящий на смеси русского и английского, — говорит, welcome (добро пожаловать)!

Дальше были долгие беседы, чай и ужин, горячий душ — помывка и постируха… Заночевали в большой общей спальне, уставленной кроватями, развесив мокрую одежду на трубу солярковой печи, обогревавшей помещение.

22 февраля, понедельник.

Утром — расстались лучшими друзьями!

На выезде из Хамы увидели большой памятник президенту Хафизу Асаду с большим носом. Президент желал удачи всем странствующим, и мы сфотографировали его на память.

До Дамаска шёл автобан. Без проблем сменили несколько машин.

Англоговорящий водитель последней на сегодня легковушки был настоящим бизнесменом и владел, по его словам, двумя маленькими нефтяными компаниями: одна была в Сирии, другая на Кипре. Он прожил десять лет в Швейцарии, посетил многие страны Европы и уважал западный стиль жизни. В Советской России он не был, но имел своё представление о ней:

— Я не был в России, но был в Болгарии, и думаю, что эти страны в чём-то похожи. Вот я расскажу такой случай. В Болгарии есть памятник, называется Alesha, русский памятник. Я вообще интересуюсь памятниками, и стоял и рассматривал его минут двадцать. Пока рассматривал, ко мне подошли и арестовали. Привезли в полицейский участок. Шеф — он, вероятно, был более образован, спросил о том, за что меня задержали. Я сказал, что просто стоял и смотрел на памятник Алёше минут двадцать. Он сказал мне: "Двадцать минут? Никогда так больше не делайте!" Меня задерживала полиция и в Польше, и в других местах Восточной Европы. Я думаю, что и в России такие же порядки. А в Сирии — хорошо! Никто никогда не спросит у вас документы и не будет задерживать вас!