В то время как жители Брянска досматривали свои последние, утренние, самые интересные сны, я направлялся по предрассветным улицам на железнодорожный вокзал. Всё происходящее казалось мне тоже не более чем утренним сном.

Атбара, сыр Бабикер, калям: мумкен.

Порт — рельсы — старые вагоны — море — дамба — солнце — старой постройки каменные амбары — старые грузовики — море.

This is not good. За всё тавать один фунт.

Виза выдаётся только резидентам Иордании.

What is first — God or goverment?

Аттани, менфазолек, альф гиней.

Это камера отдых.

Ребята, — амнистия!

Три месяца, три месяца позади, как целая жизнь! Сколько случаев, событий, приключений, глупостей наконец! невероятно!

В утренней электричке вчерашнего зэка не оказалось. Видимо, задержали ночные вокзальные стражи и прибавят денёк-другой к его пятнадцатилетней отсидке. Жалко его. А я вытянулся на лавке (в суданском поезде это было бы сделать труднее) и перешёл из сна в сон.

В Сухиничах электричка завершила свой путь, и я вместе с другими пассажирами перетёк в другую, которая привезла меня в Калугу.

От Калуги до моего дома оставалось меньше 200 километров, и я сел возле окна, рассматривая километровые столбы. Только явление контролёрши отвлекло меня от этого занятия. Девушка хотела билет или рубли, а я предлагал ей на выбор румынские леи, египетские пиастры, иракские динары, сирийские лиры и даже приблудную копеечку из Бахрейна. Девушка смотрела на меня широко открытыми глазами.

— А в метро вы как будете проходить?

— Пристроюсь за каким-нибудь толстым человеком, — отвечал я.

Контролёрша ушла, вертя в руках какую-то монетку, а я пристроился к окну. Пролетели километровый столб: 124. До Москвы осталось всегодва с половиной часа.

Москва!

И вот началась обычная, домашняя жизнь.

Паша Марутенков, Вовка Шарлаев и Костя Шулов, как мы и подумали, просто опоздали на поезд. Они задержались в Судане ещё на неделю и благополучно уплыли в Египет, куда прибыли 29 апреля. Вовка одолжил-таки Шулову денег на билет, он улетел домой и вовремя поспел в свой институт, волнения о котором его одолевали. Трёхмесячное отсутствие ему, отличнику, практически не повредило.

Паша с Вовкой поехали, не торопясь. В Иордании они, как и мы, получили сирийские виды «в виде исключения». Путь через Болгарию и Румынию был прост и недолог. В середине мая они оба вернулись домой.

Андрей Петров провёл ещё несколько дней в Иордании, несколько дней в Сирии, облазил ещё несколько старинных крепостей и попил чая у местных жителей. Назад он возвращался через Грузию, но не через Батуми, а через другой переход, и проблем никаких не имел.

Самым необычным было житие Саши Казанцева. Он провёл в Египте полтора месяца, объездил почти все дороги страны, достиг закрытого для автостопщиков Абу-Симбела, Ливийской и Израильской границ, причём около последней был арестован и провёл две недели в египетской тюрьме (как предполагаемый израильский шпион). Из тюрьмы он был спасён и отправлен самолётом в Москву при помощи российского посольства в Каире. Впрочем, об этом он подробно рассказал сам, написав самую большую и весёлую главу в сборнике «Уроки автостопа».

Курс доллара в России, к моему глубочайшему удивлению, за три месяца не изменился, но существенно подорожали хлеб и бумага.

Некоторые из наших друзей, наслушавшись наших рассказов о странах Юга, съездили куда поближе — в Сирию, — и вернулись в восторге от этой страны.

А летнее путешествие в Таджикистан, анонсированное ещё из Порт-Судана, также прошло благополучно, о чём тоже можно будет когда-нибудь прочитать.

Послесловие

Мы выезжали из Москвы, намереваясь объехать вокруг Аравийского полуострова по дорогам Турции, Сирии, Иордании, Египта, Судана, Йемена, Омана, Ирана… Поэтому изначально, в русском варианте, мы называли свою экспедицию «Аравийское кольцо».

Однако, когда мы сочиняли название экспедиции на английском языке, для сопроводительного письма, визитных карточек и документов для посольств, — кому-то из нас пришло в голову более обтекаемое название — «К истокам цивилизации», или, в английском варианте, «Колыбель цивилизации» («The Cradle of Civilisation»). Этот заголовок показался нам более универсальным. В самом деле: такие визитки и бумаги нам пригодятся и в следующих путешествиях, ведь жители любой страны с радостью поверят, что именно их страна — самая древняя и историческая.

Более того, маршрут поездки мог измениться по ходу дела (как оно и произошло), а словосочетание «Аравийское кольцо» отдаёт излишней конкретикой.

И эти слова — «Колыбель цивилизации» — оказались символичными. Да, мы так и не завершили своё «Аравийское кольцо», и даже не побывали собственно в Аравии. Но мы побывали у колыбели цивилизации, там, где и по сей день живёт детство человечества.

Там, в стране глиняных домов и соломенных хижин, в этих суданских деревнях, где выйдешь вечером на улицу и не увидишь электрического света;

где люди живут в простоте, доброте и вере, как во времена Авраама; где просящему с радостью дадут, и стучащему с радостью отворят;