Читаем Это моя собака полностью

Может быть эти неведомые существа, как в волшебных сказках — заколдованные люди. Или представители иных миров.

Кажется до меня дошло. Ведь если плоскость экрана на мгновенье «расколдовывает» линии, то значит мы с Козеттой могли бы увидеть их истинные лица. А они этого не пожелали, даже ценой нашего побега. Тогда что же это за лица, если они так настойчиво пожелали остаться инкогнито?

— Зря вы побежали по плоскости экрана, — хладнокровно сказал ЧК, когда мы вернулись, — если вы надеялись, что вас заметят из того мира, — разуверьтесь. Для того чтобы человеческий глаз, находящийся в третьем измерении смог воспринять вас на экране компьютера и тем более различить, а потом ещё через изображение вызвать ассоциацию, что вы — это вы, дать импульс в их мозг, должно пройти много времени. По крайней мере— час. Это здесь. А там это — пять минут. К тому же вас наверняка ещё не хватились, да и вероятность того, что кто-то находился возле компьютера — мала…

Козетта махнула хвостом. Лохматушка моя, она попыталась нас выручить немедленно, дать о себе знать…

Но… постойте, постойте — а каким же образом сам Король Теней — господин Вирус или Чёрный Квадрат высовывается из своей компьютерной плоскости?

И вдруг мне все стало ясно.

Мы не потому не можем существовать одновременно в двух измерениях, что так не может быть, а потому, что не хотим, не пробовали, поленились…

И я, теперь уже сам подбежал к экрану, вступил на его холодную, ледяную поверхность и на всякий случай со звонким лаем (а вдруг ещё и услышат) выкатился в экран.

На самой середине, я попытался подняться с четверенек. Это было очень сложно, требовалось много усилий. Я заворчал. Вот ещё немного, ещё чуть-чуть.

И, словно пробив толщу не воды, океана, я вынырнул в родном третьем измерении, и голова моя оказалась в привычной обстановке. Я увидел свою комнату, где все и произошло. Док, не обращая внимание на компьютер, читал справочник вирусов. Он не обращал на меня внимание, даже, когда я заскулил. Хотя время теперь совпадало.

Теперь только хвост мой находился в ином мире…

В это время Мама-Лисанька подошла к компьютеру. Она тот час же увидела меня. И первый её порыв был вытащить меня из этого электронного болота.

Но не тут-то было. Я оказывается был не реален, а голографичен.

Но Мама-Лисанька — невероятно тонка и чувствительна. Её руки скользнули по мне. Она позвала Дока.

Док подошёл, сказал, что ни Пирата ни Козетты в доме нет. И что вероятно, (а он писатель, слава Богу, значит может мыслить нестандартно. Написал и материализовал же он когда-то меня), мы в компьютере, но что убивать вирус нельзя, потому что мы, как это ни парадоксально, — в настоящий момент тоже часть этого вируса, и как бы так ни получилось, что уничтожая вирус, мы можем быть уничтожены тоже.

И вдруг он взглянул на экран. Моя улыбающаяся физиономия лучше всяких слов говорила: как я его понимаю. Док хотел было схватить меня за уши и вытащить из этого мира, (порыв как у Мамы-Лисаньки), но, во-первых, я не материален, а во-вторых… — а Козетта?

Док скороговоркой стал сообщать мне инструкции: что делать.

— Мы намерены вывести вирус на дискету и там уже уничтожить. Надо сделать так, чтобы в момент включения антивирусной программы, вы с Козетой оказались бы не в одной плоскости с Вирусом, и тогда все будет в порядке.

Я громко завозражал.

Мы не знаем кого там прячет вирус. Что это за линии. Может быть, уничтожив его, мы, тем самым, уничтожим ценнейшую информацию, а то и цивилизацию. К тому же, антивирусную профилактику с компьютером мы делаем довольно часто, почему же стало возможным, что ЧК продолжает жить в нашем доме в компьютерной Вселенной и изображает себя диктатором вечности.

Что-то здесь не так.

А может быть всякий нестандартный — будь то — человек собака, или вирус обречён на непонимание в любом мире. Поэтому ЧК и решил создать свой, справедливый, со своей программой безопасности, где звезды улыбаются, а жителям Трехмерии… «рубят головы».

— Путешественником не может стать тот, кто боится не вернуться, — завершил свою умную тираду Док, — но я устал стоять на хвосте в другом измерении и соскользнул снова в плоскостной мир. Соскальзывая, я подумал: каждый раз, когда он говорит умные вещи, нам с Козеттой хочется целоваться.

Кстати, а есть ли любовь в Беспространствии?

Я не боюсь не вернуться, но и не хочу попусту растрачивать свой потенциал путешественника. Я был в Италии, Испании, Греции и Турции, многих других странах, был даже в сказочной стране, где познакомился с летучим Гиппопотамом, но они все эти страны были объёмными, а не плоскостными.

Вынырнув в компьютере, я нашёл Козетту, поцеловал её в мокрый нос (линию), и убедился в том, что все нормально, несмотря даже на то, что пока я шевелил ушами из компьютера, здесь в мире линий прошло почти полдня.

Теперь меня забавляло то, что мой нос на полдня моложе моего хвоста.