Читаем Это я клуша? полностью

Медленно и беззвучно шагая по длинному, мрачному коридору, я принялся изучать обстановку здания, в котором находился по необъяснимой причине. Над моей головой висел желтовато-серый потолок, который давно нуждался в побелке, со стен обсыпалась темно-синяя краска, а пол напоминал собой смесь грязи и пыли. Вдоль стен цепочкой располагались грязно-белые двери кабинет с горящими огнем табличками принимающих врачей, отчего я догадался, что находился в какой-то ветхой и заброшенной больнице.

По моей коже пробежал недобрый холодок… Сердце нестерпимо заколотилось… Желудок сжался в тревожный комок… Какое-то недоброе чувство посетило меня.

Я решил отбросить в сторону раздумья о том, где и почему я находился, поскольку понял, что мне нужно было срочно выбираться отсюда, так как больница явно не отличалась дружелюбием. И я стал как можно быстрее искать выход.

Бегая из коридора в коридор, я начал сбиваться с ног, так как выхода нигде не было видно. Все коридоры больницы были на удивление одинаковы. Различались они только наименованиями врачей, указанных на огненных табличках. И каждый раз, предпринимая все новую и новую попытку выбраться, я вновь оказывался в начале пути. Больница напоминала собой мучительный лабиринт.

«Прямо, как в лабиринте Минотавра», – подумал про себя я, отчаянно плюхнувшись на пол и взявшись за голову. – «Я ничего не помню. Как я здесь оказался? Неужели я попал в ад? Только не это. Я должен как-то спастись, пока меня не начали жарить на сковороде. Шашлыком я быть не желаю».

Решив не отчаиваться, я поднялся на ноги и принялся вновь искать выход, словно отчаявшийся путник в пустыне, который мечтает найти оазис, но на пути встречает только мираж.

Сначала никого не было. Я находился в больнице совершенно один. И вдруг мне навстречу вышли… восковые фигуры, напоминающие людей. Казалось, что какой-то искусный злобный мастер вылепил этих людей из воска, словно рассчитывал отдать их в музей. Они медленно передвигались по коридору, словно зомби, сохраняли полное молчание, а их лица были застывшими, неживыми и безжизненными.

Не помня себя от страха, я бросился бежать. От ужаса я бежал, не разбирая дороги. Мне было настолько жутко, что казалось, я сейчас рассыплюсь на мелкие частички и забуду о своем существовании. В страхе я не заметил стоящее на полу ведро, споткнулся об него и упал. Находившиеся в нем грязь и пыль растеклись по полу, испачкав не только и без того грязный пол, но также мои брюки и рукава белой рубашки.