Читаем Это Америка полностью

— Виктор, я все еще чувствую себя как-то неуверенно: мне, русской эмигрантке, возглавить группу американских докторов? — вздохнула Лиля.

— Без вас они совсем не поймут, что происходит вокруг, будут как неопытные щенки.

Но расстроило ее и то, что Алеше опять отказали в визе.

Никого из группы ехавших Лиля не знала. На входе в здание аэропорта она подняла транспарант с надписью ILIZAROV. Начали подходить люди:

— Это вы доктор Берг?

Знакомилась она с ними все двенадцать часов полета в Москву. Американцы люди не чопорные, у нее быстро установились с ними дружеские отношения. Настроение было приподнятое, все шутили и забрасывали ее вопросами.

В Москве остановились на один день. Первый вопрос был:

— Почему русские таможенники такие хмурые? Во всем мире таможенники улыбаются иностранным туристам, а здесь ни один не улыбнулся.

Ну как им объяснить?

— Русские просто не привыкли к туристам. Тут же еще и традиционная настороженность к иностранцам. Вам придется наблюдать это много раз.

В гостинице Лиля помогла всем обменять деньги. Доллар стоил 50 рублей, у людей получились внушительные пачки купюр. Потом Лиля расселила всех по комнатам, назначила через час встречу в холле и наконец позвонила родителям:

— Дорогие, я здесь с группой американских врачей. Приеду к вам попозже вечером.

Собрались внизу, все хотели увидеть Кремль и Красную площадь.

Лиля сказала:

— Поедем на метро, здесь всего несколько остановок. Следите за мной, не расходитесь, а то быстро потеряетесь.

Красивые и просторные станции метро поразили американцев, они выходили на каждой, задирали головы, говорили:

— Какое великолепие!.. Вот это да!.. Никогда бы не подумал!..

— Лиля, а почему такие роскошные станции? Метро же дешевое, а станции дорогие.

— Это размах диктатора Сталина. Люди жили в тесных коммунальных квартирах, а он хотел этими станциями продемонстрировать величие страны.

На Красной площади остановились перед мавзолеем Ленина. Длинная очередь медленно и понуро вползала под его мрачные своды. Американцы смотрели с удивлением, спрашивали:

— Их заставили прийти или они сами пришли?

— Неужели все они так любят мертвого Ленина?

— Вы тоже ходили в мавзолей и стояли в очереди?

— А живого Ленина вы видели?

Услышав последний вопрос, она громко рассмеялась, так что милиционер на входе глянул на нее укоризненно. Американцы вообще задавали много наивных вопросов, мало знали о России и совсем не знали ее историю.

Потом они пошли на площадь Дзержинского (нынешняя Лубянка), она показала им здание КГБ. Про него слышали все, и теперь смотрели на дом настороженно.

— Это здесь мучили и убивали людей?

— А теперь, при Горбачеве, здесь тоже мучают политических заключенных?

Лиля отвечала, объясняла, разбавляла рассказы анекдотами, чтобы разрядить мрачность впечатлений. На улице Горького они зашли в большой гастроном — купить несколько бутылок минеральной воды. Прилавки были почти совсем пустыми, не было даже воды. Это произвело на гостей сильное впечатление.

— Что, все продукты раскупили?

— Где же покупают продукты люди, возвращаясь с работы?

— Может быть, это забастовка водителей грузовиков?

Усадив всех в ресторане гостиницы, усталая и измученная Лиля помчалась к родителям, было уже девять вечера, а на раннее утро назначен отлет в Курган. Павел с Августой опять плакали от радости, опять жалели, что не приехал Алеша. Узнав, что Лиля возглавляет группу американских докторов, Августа от удивления и радости всплеснула руками, а Павел все повторял: «Вот какая у нас дочка!»

Лиле так хотелось побыть с ними подольше, но не было никакой возможности.

— На обратном пути я задержусь в Москве на два дня. А пока вот, я привезла вам русскую рукопись первых двух частей Алешиного романа «Еврейская сага».

Оба склонились над листами, Августа поцеловала их и тайком вытерла слезы.

* * *

Ранним утром вылетали в Курган из Быковского аэропорта на небольшом самолете. Американцы приготовились к сибирским холодам, надели теплые пальто. В самолете они заметили, что с ними летят несколько инвалидов на костылях и с гипсовыми повязками, заинтересовались:

— Почему в России так много инвалидов?

Лиля поговорила с этими людьми и выяснила — все летели на лечение к Илизарову. Она вспомнила: двадцать лет назад, когда она летела в Курган учиться, было то же самое, и объяснила это своим спутникам.

— Как? Летят в Сибирь из Москвы? Их не могли вылечить в Москве?

— В Москве до сих пор не освоили метода Илизарова. А они верят только в него самого, он очень популярен по всей России, его называют «кудесник из Кургана».

Самолет выруливал по широкой бетонной полосе к небольшому двухэтажному зданию аэропорта. Погода в Кургане оказалась солнечная, теплая для сентября. Все удивлялись: говорят, Сибирь — холодный край, а тут так тепло. У трапа самолета их встречал улыбающийся Илизаров с небольшой свитой помощников. На пиджаке у него красовалась звезда Героя социалистического труда и значок депутата Верховного Совета. Такая встреча была для гостей неожиданной.

Перейти на страницу:

Все книги серии Еврейская сага

Чаша страдания
Чаша страдания

Семья Берг — единственные вымышленные персонажи романа. Всё остальное — и люди, и события — реально и отражает историческую правду первых двух десятилетий Советской России. Сюжетные линии пересекаются с историей Бергов, именно поэтому книгу можно назвать «романом-историей».В первой книге Павел Берг участвует в Гражданской войне, а затем поступает в Институт красной профессуры: за короткий срок юноша из бедной еврейской семьи становится профессором, специалистом по военной истории. Но благополучие семьи внезапно обрывается, наступают тяжелые времена.Семья Берг разделена: в стране царит разгул сталинских репрессий. В жизнь героев романа врывается война. Евреи проходят через непомерные страдания Холокоста. После победы в войне, вопреки ожиданиям, нарастает волна антисемитизма: Марии и Лиле Берг приходится испытывать все новые унижения. После смерти Сталина семья наконец воссоединяется, но, судя по всему, ненадолго.Об этом периоде рассказывает вторая книга — «Чаша страдания».

Владимир Юльевич Голяховский

Историческая проза
Это Америка
Это Америка

В четвертом, завершающем томе «Еврейской саги» рассказывается о том, как советские люди, прожившие всю жизнь за железным занавесом, впервые почувствовали на Западе дуновение не знакомого им ветра свободы. Но одно дело почувствовать этот ветер, другое оказаться внутри его потоков. Жизнь главных героев книги «Это Америка», Лили Берг и Алеши Гинзбурга, прошла в Нью-Йорке через много трудностей, процесс американизации оказался отчаянно тяжелым. Советские эмигранты разделились на тех, кто пустил корни в новой стране и кто переехал, но корни свои оставил в России. Их судьбы показаны на фоне событий 80–90–х годов, стремительного распада Советского Союза. Все описанные факты отражают хронику реальных событий, а сюжетные коллизии взяты из жизненных наблюдений.

Владимир Юльевич Голяховский , Владимир Голяховский

Биографии и Мемуары / Проза / Современная проза / Документальное

Похожие книги

Мао Цзэдун
Мао Цзэдун

Мао Цзэдун — одна из самых противоречивых фигур в РјРёСЂРѕРІРѕР№ истории. Философ, знаток Конфуция, РїРѕСЌС', чьи стихи поражают СЃРІРѕРёРј изяществом, — и в то же время человек, с легкостью капризного монарха распоряжавшийся судьбами целых народов. Гедонист, тонкий интеллектуал — и политик, на совести которого кошмар «культурной революции».Мао Цзэдуна до СЃРёС… пор считают возвышенным гением и мрачным злодеем, пламенным революционером и косным догматиком. Кем же РІСЃРµ-таки был этот человек? Как жил? Как действовал? Что чувствовал?Р'С‹ слышали о знаменитом цитатнике, сделавшем «товарища Мао» властителем СѓРјРѕРІ миллионов людей во всем мире?Вам что-РЅРёР±СѓРґСЊ известно о тайных интригах и преступлениях великого Председателя?Тогда эта книга — для вас. Потому что и поклонники, и противники должны прежде всего Р—НАТЬ своего РЈР§Р

Борис Вадимович Соколов , Филип Шорт , Александр Вадимович Панцов , Александр Панцов

Биографии и Мемуары / Документальное
Лобановский
Лобановский

Книга посвящена выдающемуся футболисту и тренеру Валерию Васильевичу Лобановскому (1939—2002). Тренер «номер один» в советском, а затем украинском футболе, признанный одним из величайших новаторов этой игры во всём мире, Лобановский был сложной фигурой, всегда, при любой власти оставаясь самим собой — и прежде всего профессионалом высочайшего класса. Его прямота и принципиальность многих не устраивали — и отчасти именно это стало причиной возникновения вокруг него различных слухов и домыслов, а иногда и откровенной лжи. Автор книги, спортивный журналист и историк Александр Горбунов, близко знавший Валерия Васильевича и друживший с ним, развенчивает эти мифы, рассказывая о личности выдающегося тренера и приводя множество новых, ранее неизвестных фактов, касающихся истории отечественного спорта.

Александр Аркадьевич Горбунов

Биографии и Мемуары