Устрялов Николай

Этика Шопенгауэра

Н.Устрялов

Этика Шопенгауэра

I.

"Schopenhauers System gleicht einem Reiche, in dem feindliche Stamme, von der Hand des Eroberers gebeugt, widerwillig zusammenleben". 1

"Можно прямо утверждать, что для желающего излагать философию Шопенгауэра и говорить о ней, самою легкою и благодарною частью работы будет простое указание на противоречия в этой философии... Между крупными философскими системами вряд ли найдется другая, которая была бы столь богата очевидными, даже, пожалуй, наивными противоречиями". 2

"При самых заурядных критических способностях легко заметить, до какой степени отдельные предположения шопенгауэровской системы находятся в логическом разногласии между собой". 3

"Все мышление Шопенгауэра представляет непрерывную цепь противоречий, которая завершается, наконец, громаднейшим из всех противоречий". 4

"Шопенгауэр не вышел из заколдованного круга своих противоречивых утверждений... и оставил в своем учении непримиренные и непримиримые грани". 5

Эти совпадающие суждения пяти критиков могут быть по справедливости признаны за общее и единодушное мнение писавших о Шопенгауэре исследователей. Действительно, нельзя отрицать, что система его кишит несогласованностями и противоречиями. Однако Куно Фишер в последней главе своей книги насчитывает их едва ли не до нескольких десятков. 6 И сам при этом еще заявляет: "Я оставляю без возражений массу противоречий, встречающихся нам в произведениях Шопенгауэра". 7

Но все же то основное, органическое единство, которое сам Шопенгауэр всегда считал неотъемлемой принадлежностью своего миросозерцания, остается не уничтоженным отмеченными противоречиями. Ибо единство это относится, конечно, не к окончательно сложившейся и вылившейся на бумаге философской системе во всех ее подробностях, а к тенденциям, ее вдохновившим, к намерениям, к общему плану творца "Мира как воли и представления", наконец, к его манере воспринимать вселенную, думать и чувствовать. Глубоко прав Фолькельт, утверждая, что "это - очень определенная, характерная манера думать и чувствовать, которую нельзя смешивать ни с какой другой, и которая решительно и настойчиво проявляется во всех частях системы Шопенгауэра. Если эта манера и состоит отчасти из несогласующихся друг с другом элементов, то все-таки, рассматриваемая как целое, она остается весьма своеобразной". 8 Пусть в конечном счете система Шопенгауэра "раскалывается и распадается на куски", как это думает Куно Фишер, или пусть представляет она собою лишь "блестящую мозаику", как это полагает Виндельбанд. Все же по замыслу своему, по идее своей она является грандиозной и гениальной попыткой постичь существо мироздания и с высоты этого постижения взглянуть на все вещи, измерить все ценности, осветить все проблемы - и великие, и малые, и простые, и сложные. Пусть выполнение, как это всегда бывает в делах человеческих, не оказалось на высоте замысла. Следы гениального замысла все же постоянно и живо чувствуются на всем пути выполнения. Фигуры, созданные из мозаики, нередко производят гораздо более целостное и законченное впечатление, нежели картины, нарисованные на едином куске полотна. Дело не только в материале писаний, но и в писателе.

Настоящая статья ставит себе задачею изложение этической системы Шопенгауэра и ее общих философских предпосылок. Учение великих мыслителей лучше всего излагать их собственными словами. Статья проникнута сознанием этой истины и стремлением посильно следовать ей.

Критический анализ этики Шопенгауэра выходит за пределы настоящего очерка, всецело посвященного ее систематическому изложению. 9

II.