Читаем Эстетика полностью

и т. д.

Если бы Гесиод всегда писал так, насколько бы он превзошел Гомера!

Вслед за тем Гесиод описывает пресловутые четыре века, упоминание о которых мы впервые находим именно у него (во всяком случае, среди древних авторов, дошедших до нас). Первый век предшествует появлению Пандоры, это времена, когда люди и боги жили вместе. Железный век – век осады Фив и Трои[145]. «Я живу в пятом веке, – говорит Гесиод. – О, как бы я хотел не родиться». Сколько людей, угнетенных завистью, фанатизмом и тиранией, повторяли эти слова вслед за Гесиодом!

В поэме «Труды и дни» встречаются пословицы, оставшиеся навечно, вроде «Горшечник завидует горшечнику»; Гесиод добавляет: «Музыкант – музыканту и даже нищий – нищему». Здесь же мы находим впервые басню о соловье, попавшем в когти ястреба[146]. Тщетно поет соловей, чтобы того разжалобить, ястреб его сжирает. Гесиод заключает не что «голодное брюхо глухо», но что тирана не поколебать талантом.

В его поэме можно почерпнуть сотню правил, сделавших бы честь Ксенофонтам[147] и Катонам[148].

Советы Гесиода земледельцу удостоились подражания Вергилия[149]. Есть также прекрасные места и в «Теогонии». Амур, который рассеивает хаос, Венера, которая, будучи рождена в море от детородного члена божества, вскормлена на земле и всегда сопровождаема Амуром, соединяет в себе воедино небо, море и землю – символы поистине восхитительные.

Отчего же Гесиод прославился меньше Гомера? Мне кажется, что при равных их достоинствах греки должны были отдавать предпочтение Гомеру; он пел ратные подвиги и победы, одержанные над азиатами, извечными их врагами. Он прославлял царствующие дома Ахеи и Пелопоннеса, он описывал самую памятную войну первого европейского народа против нации, которая из всех известных в ту пору азиатских народов достигла наивысшего расцвета. Его поэма одна почти осталась памятником той великой эпохи. Не было города, не было рода, который не почитал себя прославленным тем, что его имя упомянуто в сих скрижалях доблести. Уверяют даже, что долгое время спустя после Гомера некоторые тяжбы греческих городов касательно пограничных земель решались по его стихам. После смерти он стал судьей тех самых городов, где, по преданию, нищенствовал при жизни. Это также подтверждает, что поэты у греков появились задолго до географов.