Читаем Espressivo полностью

– Подождите немного. Я не всё сказала. Бывают исключения из любых правил. Этот случай именно такой. Если вы не возражаете, мы с вами соберём необходимые справки, чтобы Даша попала в программу по обучению талантливых детей. Это бесплатно.

Ирина Вениаминовна почувствовала, как дрогнула Настасьина рука.

– Не гарантирую, что получится. Но попробовать стоит. Посмотрите на ребёнка. У неё глаза перестали светиться. Она болеть начнёт…

– Да начала уже, – махнула свободной рукой Настасья. – Чуть понервничает – и температура.

– Видите! Чего ещё ждать? Главное было – найти инструмент. Его нашли. И дома девчушка шуметь не будет.

Всё уже было сказано, а Настасья продолжала сидеть, заморожено глядя на стену позади Ирины Вениаминовны.

В каком-то порыве Ирина Вениаминовна вскочила, шагнула к женщине и опустила руки на её напряженные плечи.

– Решайте, Настенька! Нечего тут стесняться. Вырастим мы вашу Дашку. Все вместе и вырастим. Вы в основном, а школа и государство помогут. Грех отказываться!

Жёсткие плечи опали.

– Ну вот и договорились! Вот и ладно! Теперь эмоции оставим до лучших времён и перейдём к делу. Вы готовы слушать?

Настасья кивнула.

– Тогда запоминайте. Даше необходимо сдать вступительный экзамен приёмной комиссии. Моё прослушивание, конечно, будет учтено, но для поступления этого недостаточно. Экзамен она сдаст. Ей в общем-то и консультации не нужны. Разве только чтобы не растеряться. Это – на ваше усмотрение. Будет желание – приходите. Расписание консультаций уже вывешено в школе на доске. Я его, к сожалению, ещё не переписала. Сами экзамены назначены на первое июня. На десять часов. Так… Ах да! У вас найдётся чистый лист? Необходимо написать заявление на имя директора.

– Найдётся.

– Несите.

Ирина Вениаминовна недоумевала: прилично отыграли обе выпускницы, вымучила свой куцый балл Аня Емцова, неожиданно разыгрался Женя Жбанов. Прошла первая консультация, за ней вторая, а Даши всё не было. Достаточно узнав девочку, Ирина Вениаминовна с трудом удерживала себя от очередного визита в её дом. Пришла Даша лишь за три дня до экзаменов, с широкой улыбкой, румяная, с толстенной повязкой на голове.

Ирина Вениаминовна ахнула:

– Дашуха! Что случилось?

– Это у меня этот, как его? Отит какой-то! Уши болят! – довольно пояснила девочка. – Они стреляют, как из пистолета. Мы даже к врачу ходили. Меня сначала хотели в больницу положить, но я заплакала, и мама сказала, что сама меня вылечит. Я потом всё время дома в кровати лежала и таблеточки беленькие пила. А сегодня пришла врач и сказала, что можно немного гулять. Только ватку снимать нельзя. Мама сказала, что это мой шлем, а я – космонавт!

– Как же ты, космонавт, экзамены будешь сдавать?

Даша смешно, как-то по-мультяшному пожала плечами.

– Ну да ладно, что-нибудь придумаем.

– А меня на полчаса отпустили, чтобы я к вам сбегала, узнала, когда нам на экзамены прийти. И сейчас же домой!

– Я маме уже говорила – первого июня, в десять. Сроки не перенесли. Это суббота. Я думаю, вы сможете прийти вместе. Будет не очень долго. Если мама занята, приходи одна. Ты всё запомнила?

– Угу. Она придёт! Хотя я уже большая! Мне целых семь лет!

– Целых семь?

– Ага! Я уже как старушка!

– Ну, до старушки тебе ещё далековато. А вот в школу – в самый раз! Хорошо, что пришла, а то я волноваться начала: где там наша Даша? Теперь беги домой, хорошенько лечи уши. Они для музыканта почти самое главное.

– А что ещё главнее? – удивилась Даша, искренне полагая, что музыканты играют пальцами, но никак не ушами.

– А главнее всего голова. И сердце. Представляешь? Ты, наверное, думала, что музыку делают руки?

Даша кивнула.

– Они тоже не на последнем месте. Но настоящая музыка делается не только руками. Вот как!

Это было открытием. Правда, как голова может делать музыку, Даша не поняла, но раз Ирина Вениаминовна сказала, значит, так оно и есть.

Даша вела маму за руку. Именно так. Не наоборот. И беспрерывно болтала, показывала и рассказывала:

– Это школа, это добрая бабушка Варвара Сергеевна. Она всегда спит. Это комната, где есть самый большой рояль с крышкой, похожей на крылышко, а это комната учительницы Ирины Вениаминовны.

Даша схватилась за дверную ручку.

– Доченька, положено стучаться…

Какое там! Она распахнула дверь рывком и замерла на пороге: учительница была не одна. Около стола сидела красивая, как королева, тётенька. Красивее мамы. Даша засомневалась, обернулась к Настасье. Да, красивее. У мамы нет такого костюма с блёсточками и таких волос. Белые, поднятые вверх, они напоминали… сладкую вату, которую в праздники продают на бульваре. Но когда тётенька мельком зацепила взглядом вновь прибывших, Даша тут же поняла, что ошиблась. Её мама в чёрной юбке и простой голубой блузке была всё же красивее этой королевы. Потому что королева, скорее всего, приходилась какой-нибудь сестрой Снежной королеве, про которую недавно Аня читала Даше книжку.