Читаем Если я вернусь полностью

Я сижу на диване, настолько далеко от будущих молодожёнов и их компании, что мысли наконец проясняются. Присутствующие уже напились вдрызг, и я думаю о том, чтобы последовать их примеру. Одри водила меня по залу, знакомя со всеми. Для кого-то столь застенчивого, как я, расслабиться – сложная задача, даже с помощью алкоголя. Так что, в конце концов, я оттуда сбежала, воспользовавшись моментом, пока Одри рассказывала какой-то анекдот.

Откинувшись на спинку низкого дивана, кладу ногу на ногу и делаю глоток джин-тоника. С моего места открывается отличный вид из западных окон на окружающую местность. Даже при том,  что снаружи абсолютно темно, уличное освещение достаточно яркое, чтобы увидеть, как начинают падать пушистые снежинки. Настроение приподнимается, я в восторге от того, что вижу хоть какой-то снег. Для девчонки из Флориды это подобно чуду.

И хотя у меня нет желания кататься на лыжах – только одна мысль об этом пугает до чёртиков – думаю, завтра смогу прогуляться по округе и поиграть в снегу.

– Ты выглядишь так, словно думаешь о чем-то важном.

Из моих не таких уж и важных мыслей меня вырывает чей-то голос. Я поднимаю взгляд и вижу Джека Фримена.

– Привет.

– Не возражаешь, если я присоединюсь?

Качаю головой и смотрю, как Джек садится рядом. Повернувшись к нему, подбираю под себя одну ногу и делаю ещё один глоток джин-тоника. Если я собираюсь разговаривать с этим мужчиной, мне нужно «сто грамм» для храбрости.

– Ненавижу все это, – говорит он, махая рукой в сторону вечеринки, которая была в самом разгаре.

– Я тоже, – улыбаюсь я.

– Я так и понял, увидев, что ты сидишь тут одна.

Мне трудно смотреть ему в глаза, поэтому я не отрываю взгляд от своего стакана.

– Да, – киваю я. – Мне некомфортно среди толпы.

– Что ж, согласен. Я больше предпочитаю тихие беседы.

Наконец я поднимаю взгляд и пристально смотрю на Джека. Его глаза тёмно-серые. Я представляла, что именно такими они и будут в дождливый день. Уверена, что такой эффект из-за рассеянного освещения в зале.

Снова потягиваю джин-тоник, отчаянно пытаясь придумать тему для разговора. Да какую угодно, лишь бы не выглядеть дурочкой.

Но прежде чем успеваю сообразить, что бы такое сказать, Джек делает первый шаг.

– Итак, Хоуп, чем ты занимаешься?

О, это довольно безобидная тема.

– Заканчиваю магистратуру по направлению «Социальная работа» в университете штата Флорида.

– Как интересно. Значит ты родом из Флориды?

– Родилась и выросла в центральной части штата… В Орландо. А что насчёт тебя?

– Я из маленького городка Катлер в штате Мэн, но сейчас живу в штате Кентукки.

– А почему из Мэна перебрался в Кентукки?

Прежде чем он успевает ответить, к нам подходит официантка и спрашивает у Джека, не хочет ли он чего-нибудь выпить.

– Я буду пиво «Сэм Адамс». А ты, Хоуп, будешь что-нибудь?

– Конечно, – киваю я. – Джин-тоник.

А потом официантка уходит.

– Ты не похожа на девушку, предпочитающую этот напиток, – улыбается Джек.

– Так и есть, – смеюсь я. – Одри заказала его мне, когда мы сюда пришли, так что приходится пить. Вообще-то, он довольно отвратительный.

Джек вскакивает с дивана.

– Не двигайся. Сейчас вернусь.

Он исчезает в толпе, а я с разочарованием понимаю, что наш разговор продлился всего две минуты. Хоть убей, но не понимаю, что я могла такого ляпнуть, что он просто-напросто дал деру. И хотя он сказал, что вернётся, но в это верится с трудом. Я сижу в тишине, задумчиво глядя в стакан, и наконец делаю последний глоток. Поставив стакан на столик, начинаю подниматься с дивана.

– Вот, держи, – говорит Джек, и я поднимаю взгляд.

Он стоит рядом и держит в руке бокал красного вина.

– Я пошёл к официантке и поменял заказ. Вместо джин-тоника взял красное вино. Тебе оно больше подходит.

Беру бокал и наблюдаю за тем, как Джек вновь садится рядом. А потом делает глоток своего пива.

– Спасибо. Очень мило с твоей стороны. И ты прав… Вообще-то, это моё любимое вино.

Он пожимает плечами.

– Без проблем.

Потягивая напиток, неожиданно вижу Джека в новом свете. Он не просто очень привлекательный мужчина, а, кажется, по-настоящему хороший парень. И я чувствую, как начинаю расслабляться.

– Мы говорили о том, как ты переехал в Кентукки.

– Верно. Я военный, и сейчас меня туда перевели. В гарнизон Форт-Кэмпбелл с 101-ой воздушно-десантной дивизией.

У меня округлились глаза. Если честно, меня охватывает трепет, ведь Джек единственный знакомый мне военный.

– Ничего себе! И чем ты там занимаешься?

– Я пилот вертолёта. Управляю ударным вертолётом AH-64 «Апач».

Понятия не имею, что это за «Апач» такой, но, чёрт возьми, это звучит очень сексуально.

– Я поражена. Очень храбро с твоей стороны выбрать такую профессию.

Джек слегка качает головой, словно не понимает, о чём я.

– Наверное. Но, если честно, то я никогда не считал свой поступок храбрым. Это больше похоже на долг.

– Долг? Ты идёшь по чьим-то стопам?