Читаем Если честно полностью

– О, это было бы идеально, – сказала я. – Я собираюсь взять интервью и у тренера танцевальной команды, а может быть, у нескольких предыдущих, чтобы подтвердить цифры по зарплате, которые у нас есть. Может, нам немного расширить тему и включить другие виды спорта? Я думаю, следующим естественным шагом было бы поинтересоваться командой по софтболу, так как это наиболее близкое соответствие.

– Ты на верном пути, – согласилась она, – но… Тогда это будет история о неравенстве между мужскими и женскими видами спорта? Потому что я думаю, что эта история уже проваливалась в прошлом.

– Наверное, вы правы, – подумав, сказала я. – Это совершенно точно о деньгах, которые перечисляются на эту программу. Что-то здесь не сходится.

– В точку! Вот почему я с тобой не хочу расставаться, – подмигнула мисс Брандт. Она передала мне листок бумаги с контактами Чейза и улыбнулась. – Я горжусь тем, как усердно ты работаешь над этим расследованием. Ты же понимаешь, что, скорее всего, встретишь сопротивление со стороны школы, но все равно пошла на это. Надеюсь, ты подумаешь о журналистике, а я могла бы помочь тебе найти перспективный курс.

Я переминалась с ноги на ногу, опустив глаза.

– Думаю, осенью я буду поступать в государственный университет Индианы. У них достойная программа.

Миссис Брандт покивала головой.

– Я не собираюсь ругать университет Индианы, потому что многие мои ученики учатся там и им очень нравится, но не у всех такие же академические успехи, как у тебя, Саванна. Я действительно считаю, что тебе стоит подумать над тем, чтобы с твоими оценками и талантом поступать в такие места, как Колумбия или университет Нью-Йорка. И у тебя есть учитель, который очень доволен тобой и готов написать тебе блестящие рекомендательные письма.

– Это много для меня значит, – сказала я, – и я обещаю подумать.

Уже прозвенел последний звонок на второй урок, поэтому я положила листок бумаги в рюкзак. У меня оставалось всего две минуты, чтобы успеть добежать до спортзала и переодеться для урока физкультуры. Похоже, сегодня как раз тот день, когда мне снова снимут баллы за опоздание и медлительность при переодевании.

– Мне пора бежать. Я дам вам знать, когда организую эти интервью.

– Отлично, – прокричала мне вслед мисс Брандт.

Непонятно почему, но, выходя из кабинета, я чувствовала себя виноватой. В чем дело? Ведь я уже давно решила, что буду поступать в тот же университет, что и Эшли, чтобы мы могли исполнить свое предназначение быть самыми лучшими соседками по общежитию. Осознание того, что мое будущее четко спланировано, придавало мне уверенность. Оно помогало переживать ссоры с мамой и огорчение, когда отец менял свои планы и не приезжал к нам – пока я смогу вести обратный отсчет времени до поступления в колледж и воссоединения со своей любимой сестрой и лучшей подругой в одном лице, в настоящем тоже все будет нормально.

День проходил без особых событий, если не считать моего впечатляющего падения на матче в вифлбол[5], которое точно не украсило игру. Позже я планировала позаниматься с Джорджем, и можно сказать, что была немного взволнована этим. Мы решили, что проще всего встречаться каждую неделю в одно и то же время, а не договариваться заново каждый раз. Запланированные встречи с Джорджем меня очень даже устраивали.

Я священнодействовала, готовясь к его приходу, – разложила на столе печенье Toll House, а потом торжественно отправила его в разогретую духовку.

Звонок в дверь заставил меня чуть ли не подпрыгнуть, и я побежала встречать гостя. Желая продолжать делать вид, что я равнодушна к Джорджу и не замечаю, насколько он хорош при своей кажущейся неуклюжести, мне следовало вести себя с ним более уравновешенно. Мое же плохо контролируемое дерганье плохо соответствовало образу нормального человека.

– Привет, – сказала я.

Он стоял у двери, держа в руках пиццу пепперони из Pizza Kitchen. И мне показалось, что я никогда не видела ничего прекраснее этого. Почти рыжие волосы Джорджа были растрепаны, словно он только что встал после дневного сна и вдруг вспомнил, что ему нужно быть здесь. Мой рот наполнился слюной (по разным причинам, но если честно, в основном из-за пиццы), и я пригласила его войти.

– Ты настоящий ангел, что принес пиццу, – сказала я, – как будто наконец понял, как заслужить мое хорошее отношение.

– Путь к этому оказался непростым. Что не любит Саванна? Участвовать в трехногой гонке, быть сбитой машиной. Что она любит? Пиццу.

И тебя, хотелось сказать мне. Но тут же стала понятна вся глупость этой мысли. Конечно, я не могла ему нравиться. Он был чудесный, обаятельный и вообще – хороший. А я была порой вредной и в целом не очень приятной пухлой девочкой. Очевидность этого факта на какую-то секунду меня задела.

– Ты быстро учишься, кузнечик. Я весьма впечатлена, – сказала я.

Несколько мгновений мы сидели друг против друга в тишине, пока не сработал таймер духовки.

– О, мне нужно поставить печенье в духовку, – сказала я.

– Ты испекла мне печенье? Теперь я чувствую себя как лох, что принес пиццу.