Читаем «Если», 2015 № 05 полностью

Я не могла позволить Приаму умереть, да и не была уверена, что жизнь Мики не зависит от моих решений. Значит, ясно, что нужно сделать: выбраться из этой чертовой дыры и продолжить передавать сигнал о помощи, надеясь, что он пробьется сквозь помехи. Одновременно надо постараться как можно скорей добраться до базы.

Взобраться по стене точно бы не удалось, так что же мне оставалось?

И тут я вспомнила, как во время фиаско в Сан-Диего Приам продемонстрировал трюк, который до этого был известен мне лишь в теории. Сама я никогда такого не пробовала. «Д-левитация», где «Д» означает «давление». Ее базовый принцип был достаточно прост, хотя и неочевиден.

Суть заключалась в том, чтобы использовать контроль инерции для уравновешивания силы тяготения и давления воздуха. Когда вы подпрыгиваете, земное притяжение заставляет вас упасть. Но если убрать достаточно инерции, бесчисленные молекулы воздуха остановят ваше падение и вы сможете зависнуть. А если воздух под вами теплей того, что выше, и поэтому поднимается наверх? Тогда вы сможете подняться вместе с ним.

Мне оставалось лишь рассчитывать на этот принцип, но крайне важно было убрать ровно столько инерции, сколько нужно, — а на это могло повлиять множество факторов. Мой размер и вес могли сильно сказаться на результате, так же как гравитация Эбретона, давление воздуха в пещере и еще куча параметров, которые просто не приходили мне в голову.

Я поглядела вверх. Здешние термальные потоки благоприятствовали моей задумке, но, когда я окажусь наверху, придется двигаться вбок, чтобы достичь твердой земли, — и это будет крайне непросто. Ладно, сначала надо подняться, подумала я, а потом уже решим, что делать дальше. Я подобрала снегоступы и закрепила за спиной.

Отодвинувшись как можно дальше от кишащей змеями стены и стараясь не вступить в кровь Кориаки, я взобралась на упавшее дерево, чтобы встать чуть повыше. Затем я настроила комбез на минимальную инерцию, подпрыгнула что было сил, увеличила инерцию, как только ноги оторвались от ствола, и тут же вновь ее погасила. В прыжке я попыталась перевернуться горизонтально, чтобы максимально усилить сопротивление воздуха. Три раза я с проклятиями плюхалась на землю. В исполнении Приама это выглядело проще некуда. Лишь с четвертой попытки все получилось правильно, и я начала подниматься. Термальные потоки были самым важным параметром, но они отличались тут таким непостоянством, что очень сложно было лежать плашмя. На полпути к большому отверстию наверху я заметила, что мои длиннотелые зрители зашевелились.

Сами по себе эти твари были не слишком гибкими, но сейчас десятки их начали соединяться друг с другом, сжимая двойными отростками на конце тел голову следующей змеи. Вскоре это превратилось в длинную цепь. Я поднялась еще на метр или два, прежде чем один конец этой цепи оторвался от стены. Совместное мышечное усилие, и вот уже конец цепи, как огромная плеть, хлестнул поперек пещеры и угодил прямо мне по ребрам.

Тут бы мне и конец, если бы я не была «в развязке». Но сейчас удар лишь оттолкнул меня в сторону, и отталкивал, только пока цепь касалась меня. Так что счет в поединке со змеями был пока один-ноль в мою пользу. Я продолжала взмывать вверх, чего, впрочем, нельзя сказать о моей уверенности.

Секунду спустя это оказалось совершенно оправданным — цепь снова полетела ко мне, но на сей раз обвилась вокруг талии и со страшной скоростью потащила меня вниз, к самому дну пещеры. Здесь она милосердно отпустила меня и, вновь втянувшись на стену, распалась на отдельных тварей, которые быстро нашли себе вакантные норы. Не прошло и минуты, как все зрители опять расположились на своих местах, готовые к новым развлечениям.

Я встала с земли и отряхнулась. Ну ладно. Мне отсюда не выбраться без дозволения хозяев. Я снова проверила, как там мои спутники. Оба были в отключке, а сипение, вырывавшееся из груди Приама, сделалось еще более жутким. Следует признать, что мое отношение к парням изменилось. Приам сдержал свое обещание, сделав необходимое нам открытие, а Мика свой мгновенной реакцией и храбростью при попытке спасти Приама показал, насколько я его недооценивала. Оба они заслуживали лучшего отношения.

Конечно, сотрудники ЭР хватятся нас и отправятся искать, если мы проторчим тут достаточно долго. Однако в глубине души я знала, что Приам столько не протянет. И то что Мика до сих пор не очнулся, тоже было дурным признаком.

Все зависело от меня. Ответственность сдавила горло цепкими пальцами. Я не могла думать.

Уставившись на Приама, я вспомнила тот единственный случай, когда астрофизическая задачка поставила его в тупик. Тогда я приторно-сладким голоском поинтересовалась, что он делает в таких непривычных ситуациях. К моему удивлению, марсианин снизошел до ответа.

«Даже у меня, — хвастливо заявил он, — какие-то участки мозга работают лучше других. Поэтому я стараюсь не зацикливаться на проблеме, расслабляюсь, и мой гений делает всю работу за меня».