Читаем «Если», 2009 № 12 полностью

— Зато местные знают о Земле куда больше нас, – буркнул Бьорн. – Если авторство рисунков действительно принадлежит древним людям, то первые контакты дуагейцев с Землей должны были произойти уже в конце неолита. Это разом отметает теорию о том, что местный… зверинец… был создан на основе мифов людей.

— Мы не знаем, кто возвел эту башню, – возразила Ксения. – Она слишком отличается от всего, что мы видели в других регионах планеты. Возможно, ей миллионы лет, и дуагейцы просто обнаружили подземелье с рисунками!

Бьорн упрямо мотнул головой:

— Едва ли аборигены стали бы устраивать ритуалы перед примитивными, жалкими рисунками в полузасыпанном туннеле. Их собственные картины и статуи сравнимы с лучшими творениями эпохи Возрождения! – Он подался вперед. – Вспомните, что сказала Хельга: здесь нет доминирующих рас. Нет даже стимула к обожествлению неизвестного, поскольку стилизованные фигурки людей не отличить от фигурок эльфов или фей! Не-ет, помяните мое слово: тут скрыта очень старая и очень злая тайна.

Огрин невесело усмехнулся.

— У нас слишком мало информации, Бьорн, и чересчур буйная фантазия.

— Отнюдь, – парировал физик. – Мы точно знаем, что архитектура местных замков относится к Средним векам Европы, точнее между IX и XIV. Даже если предположить, что с тех пор дуагейцы на Землю не летали, между первым и последним контактами остается пропасть в десятки тысячелетий! Чем они занимались все это время? Почему в их культуре дико перемешаны античность, Древний Восток, средневековая Европа и первобытно-общинные кланы?

Ксения покачала головой.

— По-моему, не дико, а исключительно гармонично.

— Вот именно! – Бьорн с жаром опустил ладонь на стол. – Вот именно! Гармонично! Все эти годы, целые тысячелетия они собирали, обрабатывали и ассимилировали нашу культуру, сохраняя лишь то, что им нравилось – готические замки, к примеру, или простоту и прозрачность первобытной экономики.

Огрин встрепенулся:

— Верно!

— Тогда им необходим контроль, – заметила Ксения. – Организация, функционирующая без перерывов уже десять –двадцать тысяч лет…

— …или бессмертная Императрица, живущая в Башне из Слоновой Кости, – пробормотал Бьорн и, ошеломленный догадкой, вскинул голову.

Ему никто не возразил.

Глава 5

Кентаврицу у звездолета первым заметил дежурный, потягивавший колу перед экранами внешнего наблюдения. Резкий звонок интеркома властно вырвал Огрина из объятий сна; не дожидаясь окончательного синтеза одежды, капитан поспешил в рубку.

— Что? – выдохнул он, подбегая к приборной доске.

— Гостья, – дежурный перевел картинку на объемный экран и восхищенно вздохнул. Даже Огрин, видевший кентаврицу вблизи, ощутил, как мгновенно вспотели ладони.

В этот раз Ичивака выбрала основным цветом для украшений золотисто-желтый; гирлянды из мелких блестящих многоугольных листиков тянулись вдоль ее стройного тела, спиралями обвивая ноги и грудь. Крупный цветок, похожий на золотой лотос, был вплетен в волосы, желтый оттенок получили даже жемчужные нити на хвосте. Контраст с изумрудной перламутровой шерстью был восхитительным.

Пока люди разглядывали кентаврицу, в рубку вбежала Хельга, следом – чуть не столкнувшись в дверях – объявились Яускас и Бьорн. На короткое время по обе стороны экрана воцарилась настороженная тишина.

— Красота-то какая! – прошептал дежурный.

— Верно, – пробурчал Яускас. – Красота сказочная. Они нас действительно изучили.

Огрин с силой вдохнул.

— Откройте шлюз. Пусть ее проводят в мою каюту.

— В вашу? – с легкой иронией уточнил биолог. – Капитан, не пора ли вспомнить, что вы на борту не один?

Огрин вспыхнул.

— Отлично, – бросил он сухо. – Проводите аборигена в кают-компанию. Хельга, Яускас, Бьорн – вы согласны присутствовать?

— С радостью, – за всех отозвалась женщина.

Огрин кивнул и первым покинул рубку. Лифт опустил офицеров на третью палубу, к кают-компании, где – разумеется, у зеркала – уже ждала Ичивака.

— Огрин! – кентаврица улыбнулась, обернув «человечий» торс к дверям и легонько, по-кошачьи изогнув спину. Капитан шагнул в сторону, пропуская товарищей.

— Рад видеть вас, – отозвался он тепло.

— Вы не один? – быстро спросила Ичивака. – Почему?

Огрин вздрогнул, Хельга и Яускас метнули на него короткие взгляды. Бьорн молча пожирал глазами гостью – из всех четверых он был единственным, видевшим Ичиваку лишь на экранах. Капитан с легким волнением покачал головой.

— Наш корабль огромен и очень сложен. Это мои друзья, старшие офицеры, они помогают управлять звездолетом и должны все знать наравне со мной, – он обвел рукой спутников. – Боюсь, без них беседа не состоится, Ичивака. Вы не против? Кентаврица чуть изогнула брови.

— Я пришла не для беседы, – ответила она с короткой запинкой. – Огрин, вас приглашают на къен. Очевидно, ваших друзей тоже, хотя о них мне не говорили…

В кают-компании повисла неловкая тишина. Нарушила ее сама Ичивака:

— Понимаю, вам незнакомо это понятие, – она вздохнула и грациозно провела рукой по волосам, вызвав уже знакомую Отрину восхитительную волну зеленых искр. – Объяснить его гораздо труднее, чем тиэррай.