Читаем «Если», 2009 № 10 полностью

Размеренная жизнь быстро утомила. Хватило трех лет тупой карьеры среди тупых карьеристов, чтобы во мне начали бродить опасные мысли о поджогах, взрывах и записи в клуб молодых политиков. И когда на сервисную станцию, которую я инспектировал на предмет энергосбережения, въехали байкеры, все прелести ухоженного быта мгновенно поблекли. Пока им меняли батареи, я подошел к вожаку и спросил, не слышал ли он, где в последний раз видели Диких охотников? Вожак вытаращился на мой офисный костюмчик, словно увидел воплощение своих детских кошмаров, помотал головой и позвал кого-то.

Через мгновение моя голова оказалась между могучими сиськами Клавы. Клавы, с которой руль о руль немало намотал по дорогам и дамбам, распугивая мирных горожан свистом моторов. У нее была кличка Огнемет, и характер такой же. После того, как я перевел дыхание от ее объятий, Клава рассказала, что Охотники разделились на две группы. Одна ушла на север, к Голландскому морю, по слухам, там начали всплывать дома, есть на что посмотреть. А куда ушла другая – не знает. Сама отстала из-за аварии, подлечилась и примкнула к Викингам. Однако здесь становится тесно, ребята хорошие, но скучные, без огонька, и она подумывает, не рвануть ли далеко на восток, а оттуда еще дальше, на север? Слово за слово, и через час я спустил все свои сбережения на мощный трехкиловаттный байк с новенькими батареями, через два – расчиповался у знакомого санитара. А через три дня мы проскочили таможенный кордон Западного Объединения и, как сказала Клава, вырвались на оперативный простор.

Полгода вместе накручивали по дорогам Альянса. Состыковались с какой-то вялой группой экобайкеров, быстро их разогнали. Когда перебрались за Урал, успели надоесть друг другу. Расстались легко и весело: у Клавы появился богатый жених, я же примкнул к новой группе. Погулять на свадьбе не удалось, молодожен Гриша оказался из серьезных, и мне намекнули, что вой моторов, звон колес и шипастые куртки должны уйти в прошлое вместе со мной. Причем я – быстрее. В романтическом сериале Клава догнала бы меня на сверкающем байке. Но романтиков видел только на пленке. И даже придуманных не любил – каждый романтик норовит переделать мир по-своему, и чтобы я в нем знал свое место, вкалывая добровольно и с песнями во имя его, романтика, идеалов.

По Альянсу мотал вдоль и поперек, много чего повидал. Потихоньку собрал свою группу, небольшую, но авторитетную. Крупно пошалили под Тамбовом, пришлось бросать машины – и тихим ходом в разные стороны. Ребята неплохие, девчата еще лучше, жаль было разбегаться. По крайней мере, я научил их, как свободу любить.

Подался в Красноярск, неплохо устроился, оброс связями, почистил язык – некоторые партнеры странно реагировали на словечки, подхваченные у байкеров. К этому времени я по-русски говорил, как на родном. Родной же венгерский забыл начисто, да oсo6o и не помнил: кажется, в три или четыре года меня забрали от биопредков, а учить заново нет повода. Подумывал о своем деле, но тут в городе начали прижимать нечипованных. Перестал думать о деле и рванул в сторону вольных городов. Под новый, две тысячи сотый год добрался до Игарки. Решил осмотреться, подкопить деньжат и двинуть дальше. Но как-то пролетели шесть лет, и ничего.

Под воспоминания я задремал, а когда открыл глаза, Гамлет, бодро орудуя стальными манипуляторами, разделывал очередного злобного биомеха. Человечество спасено в который раз. Продолжение завтра в то же время. Жаль, джойстик куда-то завалился, а то попробовал бы вытащить боковик, в котором побеждает биомех.

В городе сейчас делать нечего, все веселые заведения откроются часа через два. Походил по каналам, ничего интересного не нашел, остановился на рёлаксе и снова чуть не задремал под тихое шуршание зеленой травы на склоне горы и бренчание струн. Но тут и за стеной легонько зашуршало, словно у Димы комната превратилась в склон зеленой горы, потом раздались звуки, как будто двигают столик. Привел в гости подружку… Я глянул на часы – какая, к черту, подружка, ему давно пора быть на работе.

Не поднимаясь с места, я стукнул кулаком в стену и крикнул:

– Сосед, смену проспал?

Тишина. Вроде дверь щелкнула в прихожей. Кто же такой смелый днем по окталам промышляет? Я сдернул с крючка у двери шокер, отодвинул панель и высунулся в коридор. Дверной датчик сработал, свет горит. Никого. Если и был гость непрошеный, то либо сбежал, либо у Димы затаился. На всякий случай подошел к его двери, подергал. Заперто. Вернулся к себе и на пороге комнаты выключился. А когда включился, то обнаружил, что лежу ногами в прихожей, а головой упираюсь в холодильную панель. Причем голова на своем месте, руки-ноги тоже. Ничего не болит, только легкое изумление – как я здесь оказался и кто меня так ловко уделал? Шокер по-прежнему в кулаке. Сам себя нечаянно оприходовал?