«Я предпочитаю сделать меньше фильмов, но быть уверенным в том, что они настолько хороши, насколько это возможно. Прежде чем приступать к съемкам, я всегда хочу, чтобы сценарий был отточен до последней детали», — признался Пройас в одном из интервью. Это значит, что до премьеры очередной картины, в титрах которой будет стоять его имя, пройдет еще года три-четыре. Что это будет за фильм, сказать сложно. Среди сценариев, находящихся в работе у мастера, экранизация «Неприятной профессии Джонатана Хога» Хайнлайна, адаптация фантастической трилогии Джона Кристофера и историческая фантазия о князе Владе Цепеше, рассказывающая о его превращении в вампира Дракулу.

Ясно одно, за какую бы из этих историй не взялся Алекс Пройас, фантастический жанр он не оставит.

Сергей Цветков

ФИЛЬМОГРАФИЯ ФАНТАСТИКИ АЛЕКСА ПРОЙАСА

1980 — «На ощупь» (Groping)

1989 — «Духи воздуха, облачные гремлины» (Spirits of the Air, Gremlins of the Clouds)

1994 — «Ворон» (The Crow)

1998 — «Темный город» (Dark City)

2003 — «Мир реки» (Riverworld, исполнительный продюсер)

2004 — «Я, Робот» (I, Robot)

2009 — «Знамение» (Knowing)

ПРОЗА

Иван Наумов

Эмодом

Обычно Фортуна наносила визиты Коровину по понедельникам.

В этот раз перстом судьбы оказался замухрышистого вида «белый воротничок». Он нарисовался на пороге коровинской квартиры в неприлично раннее допервокофейное время. Из белого, стало быть, воротника торчала костлявая шея, из манжет — маленькие кулачки, а в выпученных глазах искрились нешуточные намерения.

— Ведь это вы программировали пуделя Шпульку? — спросил гость. — Ведь это вы тот самый Коровин?

Гордость и стыд сложным букетом смешались в душе Коровина, когда он вспомнил о работе над пуделем. Прекрасно выполненный проект был омрачен некоторыми побочными эффектами, обнаружившимися уже после сдачи.

Однако Коровин рефлекторно приосанился и вежливо поправил гостя:

— Ну как — программировал… Вообще-то я занимался эргономикой. Эргономикой интерфейса. Вопрос взаимодействия пользователя с эволюционирующим программным кодом псевдоинтеллектуальной системы выходит на первый план при превышении условного порога в один терабайт компилированного ресурса…

— Ой-ой! — замахал руками гость. — Не давите на меня псевдоинтеллектом! У меня от ваших терабайт аллергия начинается. Я коммерсант, барыга, со мной попроще надо, почеловечнее! Будем знакомы. Нил Зерович.

Гость сразу расположил Коровина цифровым именем и осознанием лежащей между ними социальной пропасти. На одном креативщике мог кормиться целый выводок офисных крыс. И все в подобных симбиотических образованиях понимали, кто кому более нужен.

— Коровин, — буркнул хозяин в ответ, аккуратно подержав в ладони цыплячью лапку.

Ритуал знакомства гость завершил вручением медиавизитки с перекатывающимся логотипом известнейшего строительного концерна.

— Собственно, к делу! — Нил Зерович как-то сам собой перемещался по квартире на запах еды.

Встроенный в стену кухонный робот бешено завращал окулярами, не понимая, требуется ли гостю отдельная чашка кофе.

— Дайте две! — отдал команду Коровин.

— Около года назад, — гость уже разместился на любимой табуретке хозяина, — отдел маркетинга нашей компании настоял на расширении линейки особняков «Мега-Терем» — вы наверняка слышали об этом бренде — в сторону наиболее обеспеченных слоев населения.

Язык Нила Зеровича тоже казался Коровину абракадаброй, но для человека цифрового мира это не считалось проблемой, достойной упоминания.

— Вот так, — гость развел в стороны тощие ладошки, — зародился проект «Мега-Терем-VIP», в завершающей фазе которого мы сейчас и находимся.

Коровин был уверен, что уж он-то точно находится у себя на кухне, но перечить снова не стал.

— Псевдоинтеллектуальный… эволюционирующий… — Нил Зерович досадливо отмахнулся от чуждой ему терминологии. — Короче, все, что вы назвали, открывая мне дверь, мы заказали у вашего товарища Ефима Бобриса. Он и порекомендовал привлечь вас в качестве внештатного специалиста для устранения… небольшой проблемы, которая возникла в финальной стадии нашей разработки…

Робот мелодично звякнул и выдвинул на центр стола поднос с двумя чашками.

— Пейте кофе, — ласково сказал Коровин и быстро вышел из кухни.

Из спальни двинувшись на балкон, он отдал команду карманному коммутатору:

— Негодяя в студию!

На другом конце линии заиграла бодренькая мелодия, а затем хорошо поставленный баритон произнес с легким механическим придыханием:

— «Алгоритмы Бобриса»! Сейчас никто не может ответить на ваш звонок. Оставьте…

— Фима, первое апреля случилось два месяца назад.

— С добрым утром, Коровин, — вяло ответил Бобрис вполне человеческим голосом. — Ты меня на рассвете разбудишь…

— Фима, во что ты собираешься меня втянуть?