Читаем «Если», 2000 № 06 полностью

Вернулась Клавка и так же бесцеремонно проползла по ногам гостя. Зайцев сразу почувствовал запах сивушного, плохо очищенного самогона, но решил не отказываться от угощения. Ползать трезвым по кротовому лабиринту было тошно. Алексей боялся, что в поисках выхода совсем озвереет и наделает глупостей, а то и вовсе потеряет рассудок. Кроме того, его не оставляла надежда, что за выпивкой и дружеским разговором хозяева норы проговорятся и покажут ему выход.

— Из чего гоните? — поинтересовался он, когда Клавка сунула ему в руку кружку с пойлом.

Зайцев не видел ни самой хозяйки, ни хозяина, ни кружки, но странным образом уже привык действовать вслепую. Он лишь зажал нос пальцами, чтобы не чувствовать отвратного сивушного запаха.

— Из картошки, из чего же еще, — ответил мужик.

— А картошку-то где берете? — спросил Алексей.

— Ростим. А когда не урождается, воруем.

— У кого? — обрадовался Зайцев. Ему тут же представилось, что где-то поблизости, наверху есть обычная деревня, но хозяин норы разочаровал его.

— Друг у дружки. У кого уродилась, у того и воруем. А в этом годе хороший урожай, — сообщил мужик и, помолчав, добавил: — Значит, опять молодежь забалует.

— Это как же? — спросил Зайцев.

— Да так. В прошлом годе жрать было нечего, так и порядок был, старших слушали. А теперь чураются, — пояснил мужик. — Время великого затишья, картошка уродилась, вот и забаловали. Ничего, Мишка-дурачок окоротит кого надо.

— А как они балуют? — морщась от запаха самогонки, спросил Алексей.

Он попытался представить, чего такого может делать молодежь под землей, чтобы вызвать недовольство у старших, но мужик сам сообщил:

— Так и балуют: ходят на карачках, прямо как скот — срамота какая. Да еще запретные книжки читают!

— А мне сказали, что у вас нет грамотных, — удивился Зайцев.

— Ну не читают, так держат, — неохотно ответил хозяин норы. — Ты пей. Чего морду-то воротишь? Чай не отравлено. Сами делаем, сами кушаем.

«Они видят в темноте! — поразился Алексей. — А впрочем, поживи так…»

— Какие такие запретные книжки? — справившись с лицом, поинтересовался Зайцев.

— Не освященные ликом, — ответил мужик, и Алексей сразу вспомнил почти стертый профиль на переплете. — Ну, будем, — выдохнул хозяин норы. Зайцев услышал, как он громко проглотил самогон, а затем еще громче чем-то занюхал и почти сразу же смачно зачавкал.

— А мне? — неожиданно послышался обиженный детский голос, но, судя по звуку, ребенку ответили затрещиной.

— Будем, — мрачно повторил за хозяином Алексей. Пить лежа на животе было неудобно, поэтому он перевалился на бок и, чтобы не смалодушничать, быстро сделал два больших глотка.

Зайцев долго кашлял и плевался, пока чья-то рука не заткнула ему рот картофелиной.

— Пожуй-пожуй, — услышал он участливый голос Клавки. — Вино-то тяжелое, без привычки и обратно может попроситься.

— Пожалуйста, скажите, как выбраться на поверхность? — прожевав половинку картофелины, еще раз попросил Алексей. — Я вам заплачу. — Он прикинул, что может предложить своим невидимым собеседникам, ощупал карманы брюк и куртки и обнаружил перочинный нож. Достав его, Зайцев покрутил ножичек в руке и даже причмокнул, изображая удовольствие: — У меня есть отличная вещь, такая складная штучка, ею можно все, что угодно, разрезать…

— Ножик что ли? Да это не ножик, а баловство, — откликнулся мужик и звякнул чем-то тяжелым, вроде тесака или топора. — Не надо, так расскажу. Что ж мы, не люди? Значит, пройдешь три ряда, повернешь, потом еще два ряда…

— Что такое ряд? — перебил его Зайцев.

— Ряд, это ряд… Потом в верхний люк.

— Стоп-стоп-стоп, — заволновался Алексей. — Какой люк?

— Обнакновенный, — ответил хозяин пещеры. — Дырка наверх, и еще четыре ряда прямо. Потом в люк, потом опять в люк… А там рукой подать.

Зайцев понял, что без помощи местных выхода не найдет, и заискивающе произнес:

— Покажете?

— Давай еще по одной, — сказал мужик. — Потом, может, и покажу.

Зайцев даже содрогнулся при мысли, что ему еще раз придется проглотить эту гадость.

— А что это ты от Танькиной любови отказался? — вдруг поинтересовался хозяин норы. — Она баба хоть и подлая, но горячая.

— У вас что здесь, телефон? — спросил Алексей.

— Чего-чего? — не понял мужик.

— Да это я так, — пробормотал Зайцев и тяжело вздохнул.

Они допили самогон, и во второй раз эта процедура показалась не такой мучительной. Алексей дожевал картофелину, положил под голову кулак и закрыл глаза, но сделал это лишь по привычке — темнее от этого не стало, зато появилось уютное ощущение замкнутого пространства.

— Как же вы так живете? — обращаясь, скорее, к себе, спросил он, но ему никто не ответил.

Пока он закусывал, хозяева уснули. А может, они не поняли вопроса или не пожелали отвечать на эту в общем-то бессмысленную реплику.