Гарвуд встретился с ним глазами и наконец понял, на что намекает майор.

Дэвидсон не сулил ему пропуск на свободу, о которой он так мечтал. Он предлагал всего лишь свою помощь, чтобы Гарвуд сумел уберечь тайну путешествия во времени от Сандерса и от всего мира. Предлагаемый им способ был стопроцентной гарантией.

Гарвуд слышал, как колотится сердце, на лбу выступили капли пота.

— И когда же… — услышал он собственный голос, — когда вы, повинуясь долгу, сделаете то, что задумали?

— Когда станет ясно, что иного выбора нет, — бесстрастно произнес Дэвидсон. — Вдруг вы докажете, что безопасное путешествие во времени возможно? Но, по правде говоря, верится в это с трудом.

Они подошли к кабинету Гарвуда.

— А если я продемонстрирую совсем другое? Что эффект вероятностного сдвига служит непреодолимым препятствием на пути к созданию работающей машины времени? — спросил Гарвуд.

— Что тогда?

— Тогда не будет никакой машины времени, — сказал Дэвидсон. — А вы останетесь.

— Поймите, майор… — Гарвуд вздохнул. — Мне еще меньше, чем вам, хочется появления действующей машины. Можете мне поверить!

— Очень на это надеюсь, — сказал Дэвидсон, не сводя глаз с Гарвуда. — Потому что так к этому не относится никто, кроме вас и меня. Лично мне известен единственный способ не позволить вашим уравнениям погрузить мир в хаос. Хорошо бы к нему не прибегать.

Гарвуд вздрогнул всем телом.

— Я тоже так считаю… — пролепетал он и скрылся от неумолимого взгляда Дэвидсона в своем кабинете.

Несколько минут он бродил от стены к стене, пытаясь унять сердцебиение. Давно, еще до того, как решился на бегство, он подумывал о самоубийстве как о единственном способе остановить вал разрушений. Потом появилась иная возможность, и он ею воспользовался.

Но бегство завершилось насильственным водворением на рабочее место. Теперь, когда опасность разрушений многократно усилилась, смерть снова представлялась ему единственным способом навечно закупорить опасного джинна в бутылке.

Только в этот раз у него отняли право принять решение. По иронии судьбы, в появлении Дэвидсона был виноват он сам, Гарвуд. Если бы он не сбежал полгода назад, то никогда бы не встретился с майором.

Или все равно их знакомство состоялось бы? Эффект вероятностного сдвига порождал искаженную логику, логику блуждания по кругу, не совместимую с уверенностью в чем-либо. Кроме того, если бы его не задержал майор Дэвидсон, честь выполнения приказа могла бы достаться какому-нибудь ослу. Тот не послушался бы его и посадил в самолет. Авария была бы неизбежна — и тогда…

Он потряс головой, чтобы прояснить мысли. Нечто подобное происходило на старых университетских диспутах о соотношении свободной воли и предопределения: ответов не было и быть не могло, как ни старались студенты. С одной стороны, эффект вероятностного сдвига портит двигатели; с другой стороны, как справедливо заметил Дэвидсон, вряд ли это привело бы к аварии самолета, в котором летит сам Гарвуд…

Гарвуд нахмурился. Дэвидсон, самолет…

Вот он, ответ! Во всяком случае, надежда…

Гарвуд задумался и не сразу ответил на стук в дверь.

— Кто там? — спросил он машинально.

— Сандерс, — послышался знакомый голос.

Гарвуд постарался вернуться к действительности. Следующие несколько минут должны были стать решающими.

— Заходите!

— Мне передали, что вы хотите меня видеть, — сказал Сандерс, косясь на дисплей компьютера. — Опять проблемы с приборами?

— Как всегда. — Гарвуд жестом предложил ему присесть в кресло. — Но я позвал вас не за этим. Кажется, у меня неплохие новости.

Глаза Сандерса вспыхнули.

— Выкладывайте!

— Все будет зависеть от того, какую вы мне предоставите свободу, насколько я смогу контролировать процесс. Заранее предупреждаю: если вы будете вставлять мне палки в колеса, ничего не получится. Это понятно?

— Всегда, когда мы встречаемся, вы требуете одного и того же. Я ценю такую последовательность. Во что же я не должен вмешиваться на этот раз?

Гарвуд выдержал торжественную паузу.

— Я готов построить машину времени.

Глава 6

В считанные дни повреждения, вызываемые «эффектом Гарвуда», выросли на восемьдесят процентов. Прошло еще несколько дней — и в исследовательский комплекс стало срочно поступать ремонтное оборудование и запасные детали. Одновременно резко выросли заказы на поставки совсем иного рода, не имеющие отношения к устранению неисправностей: наисовременнейшее оборудование, суперсплавы, специальные станки, мощные накопители энергии…

Изучив заказы и рапорты о поломках, Дэвидсон сделал единственно возможный вывод: Гарвуд придумал, как создать машину времени, и приступил к делу!

Проклятие! Дэвидсон утомленно откинулся в кресле и закрыл компьютерный файл. Получалось, что Гарвуд все время водил его за нос: врал, будто боится путешествий во времени, врал про разногласия с Сандерсом, врал про свое благородство и готовность к самопожертвованию ради спасения мира от ужасов, которые настигнут планету.

А он, Дэвидсон, мнящий себя знатоком человеческой психологии, поверил ему, как безмозглый новичок!