Анализ выявил еще одно обстоятельство. На протяжении тех двух лет, что Гарвуд проработал на Проект, неприятности происходили все чаще. Апофеоз был достигнут три месяца назад, перед самым бегством ученого. После этого число заявок на ремонт упало почти до нуля.

Все указывало на то, что Гарвуд говорил правду. Он действительно находился в самом центре невероятных событий.

Ходячая бомба! Дэвидсон поежился. Если Гарвуд останется на свободе, если «эффект Гарвуда» будет набирать силу, как это происходило все два года, то…

Майор усилием воли прогнал зловещую мысль. Подобные тревоги не доведут до добра. Гарвуд не мог не оставить за собой какой-нибудь след. Задача Дэвидсона заключалась в том, чтобы напасть на этот след.

Дэвидсон опять полез за сигаретами и опять беспомощно выругался. Откинувшись в кресле, он закрыл глаза. «Я Джеймс Гарвуд, — сказал он себе. — Меня не волнует невозможность закурить. Я скрываюсь от всего света. Как мне это удается?»

Глава 3

— …трижды «е» плюс «гамма» один «ти»…

Гарвуд обвел последнее уравнение в кружок и отложил карандаш. Он вывел целую колонку уравнений. Прогресс был налицо: на этот раз ему удалось избавиться от нулевой «гаммы» — загвоздки, которую компьютер никак не мог преодолеть. Возможно, в этот раз вычисления дадут приемлемый результат…

Хотя не исключено, что чертова машина все равно найдет, обо что споткнуться.

Гарвуд приказал себе не скулить. Жалеть себя — привилегия детей и неудачников. При чем тут он?

В противоположном углу комнаты тихо урчал компьютер. Гарвуд сидел на полу, скрестив ноги, и, заглядывая в руководство, действовал «механической рукой». «Рука» представляла собой стержень с длинным и коротким штырями; короткий был присоединен к длинному под таким углом, чтобы было удобно нажимать им на клавиши. Конструкция была примитивной, однако позволяла работать на компьютере, не приближаясь к нему. В результате этот компьютер уже прожил дольше всех своих предшественников, сменявших друг друга после бегства Гарвуда с «Бэкдроп». Гарвуд жалел, что не подумал о таком приспособлении раньше.

Введение уравнения в компьютер было длительной и кропотливой работой; ему приходилось контролировать ее ход с помощью маленького театрального бинокля. Покончив с этим, он запустил программу одновременного решения. Компьютер оповестил о согласии поработать, издав неприятный звук, и Гарвуд с кряхтением уселся в кресло. Внезапно почувствовав острый голод, он посмотрел на часы: уже половина одиннадцатого вечера. Неудивительно, что организм требует заправки! Ученый размял затекшие ноги и побрел в кухонный альков.

Гарвуда ждало разочарование: все съестные припасы оказались уничтоженными. Он выругался и достал из ящика бумажник. Неподалеку можно было купить горячие гамбургеры, но он опасался растрачивать деньги, так как больше их брать было неоткуда. Он посмотрел на дисплей через свой бинокль, но не увидел ничего нового. Прежде чем программа переварит уравнения, пройдет не меньше получаса. Он за это время вполне успеет наведаться в магазин — большая экономия по сравнению с покупкой дорогих гамбургеров, только разжигающих аппетит.

Над стоянкой перед магазином громко гудели светильники, и, пересекая ее, Гарвуд позволил себе невинную фантазию: он представил, что находится в густых джунглях, где среди ветвей снуют гигантские насекомые — помесь светлячков и цикад. Ему очень хотелось в джунгли, подальше от «Бэкдроп» и преследующего его проклятия.

Ученый знал, что рано или поздно ему придется пуститься в дальний путь. Пока что ему удавалось заметать следы и обманывать ищеек Сандерса, рыщущих по окрестностям, но долго так продолжаться не могло. Срок найма квартирки истечет через пять недель, примерно тогда же растают последние центы. После этого останется невеселый выбор: сдаться или найти работу.

Разницы между двумя вариантами почти не было. Устройство на место, где можно прилично заработать, сопровождается заполнением такого количества бумаг, что Сандерс легко отыщет беглеца. Не говоря об опасности, которую он будет представлять для людей, работающих с ним рядом…

Гарвуд горько усмехнулся. Недаром майор разведки — Дэвидсон, кажется — назвал его ходячей бомбой замедленного действия.

В магазине не было в этот час ни души. Сражаясь с тележкой, настырно проявляющей левый уклон, он курсировал по проходам между стеллажами, собирая свой стандартный продуктовый набор и постепенно успокаиваясь. Возможно, на свете и существовали люди, ненавидящие супермаркеты и принцип длительного хранения продуктов, но вряд ли таких находилось много. Благодаря этому продовольственные магазины возглавляли короткий список мест, где Гарвуд чувствовал себя в относительной безопасности. Главное — не приближаться к табачному отделу.