Читаем «Если», 1991 № 01 полностью

Он резко кивнул сморщенному человечку, тот попятился и исчез.

— Подлец! — закричал Стрэпп. Его лицо побелело и перекосилось. — Ненавистный гнусный убийца! Я ждал этого десять лет!

Он выхватил из внутреннего кармана пистолет и выстрелил. Альчесте вовремя отступил, и пуля ударила в стену. Стрэпп выстрелил снова, и пламя обожгло щеку Альчесте. Фрэнки перехватил руку Стрэппа, пистолет выпал. Стрэпп задыхался. Его глаза закатились. Издалека доносился дикий рев толпы.

— Хорошо, я Крюгер, — прохрипел Альчесте. — Моя фамилия Крюгер, мистер Стрэпп. Ну и что?

— Сволочь! — завизжал Стрэпп. — Убийца! Убийца! Я вышибу из тебя дух!

— Почему? При чем тут Крюгер?

Напрягая все силы, Альчесте подтащил Стрэппа к стене и втолкнул в неглубокую нишу, закрыв своим большим телом.

И прежде чем Стрэпп потерял сознание, Фрэнки узнал всю историю, поведанную в истерических всхлипываниях.

Уложив Стрэппа в постель, Альчесте отправился в индиановский «Сплендид».

— Джонни любил девушку по имени Сима Морган, — начал он. — Она любила его. Они собирались пожениться. Симу Морган убил человек по фамилии Крюгер.

— Крюгер! Так вот в чем дело… Почему?

— Крюгер — отпрыск богатых родителей. Его лишили прав за неоднократное вождение в пьяном виде, но это его не остановило. Однажды он врезался на своем самолетике в верхний этаж школы и убил тринадцать детей и учительницу… Это было на Земле, в Берлине. Его не поймали. Он до сих пор летает с планеты на планету, живя на деньги, высылаемые семьей. Полиция не может его схватить.

После долгой паузы Фишер спросил:

— Давно это было?

— Насколько я понял, десять лет и восемь месяцев назад.

Фишер вспоминал.

— А десять лет и три месяца назад Стрэпп впервые проявил способность принимать Решения. До тех пор он был никем. Произошла трагедия, с ней пришли истерия и талант. Не говорите мне, что одно не породило другое.

— Я не спорю.

— И вот он убивает Крюгеров, — холодно подытожил Фишер. — Правильно. У него идея-фикс — отомстить. Но при чем тут девушки?

Альчесте печально улыбнулся.

— Вы никогда не слышали выражения «одна из миллиона»?

— Ну и что?

— Если ваша девушка — одна из миллиона, значит в городе с десятимиллионным населением должно быть еще девять таких.

— Не обязательно.

— Верно, не обязательно. Однако шанс есть — и это все, что нужно Джонни. Он надеется найти копию Симы Морган.

— Нелепо!

— Но это единственное, что заставляет его жить, — безумная вера в то, что рано или поздно он попадет туда, откуда сорвала его смерть невесты десять лет назад.

— Чушь!

— Не для Джонни. Он все еще любит.

— Невозможно.

— Если бы вы могли понять… — грустно произнес Альчесте. — Он ищет… ищет. Он встречает девушку за девушкой. Надеется, заговаривает, испытывает. Копия Симы должна повести себя так, как Сима, какой она была, а вернее, какой он помнит ее. «Сима»? — спрашивает себя Джонни. «Нет» — отвечает он и уходит. Мне очень больно за него. Мы обязаны ему помочь.

— Ни в коем случае, — отрезал Фишер.

— Мы должны помочь ему найти свою Симу. Мы должны заставить Джонни поверить, что это его девушка. Помочь ему снова полюбить.

— Ни в коем случае, — повторил Фишер.

— Почему?!

— Потому что, найдя свою девушку, он излечится. Исчезнет великий Джон Стрэпп, принимающий Решения. Он вновь превратится в ничтожество — в простого влюбленного.

— Вы думаете, ему хочется быть великим? Он хочет быть счастливым.

— Все хотят быть счастливыми, — прорычал Фишер. — Одного желания мало. Стрэппу живется не хуже любого другого; но он гораздо богаче. Мы будем поддерживать статус кво.

— Вы хотите сказать, вы гораздо богаче?

— Мы будем поддерживать статус кво, — отчеканил Фишер. Его глаза холодно изучали Альчесте. — Я думаю, контракт мы расторгнем. Ваши услуги больше не требуются.

— Мы расторгли контракт, когда я вернул чек. Сейчас вы разговариваете с другом Джонни.

— Мне очень жаль, мистер Альчесте, но у Стрэппа впредь не будет времени на друзей. Я дам вам знать, когда он освободится в следующем году.

— Вы ничего не добьетесь. Я буду встречаться с Джонни, когда и где пожелаю.

— Хотите, чтобы он оставался вашим другом? — Фишер неприятно улыбнулся. — Тогда извольте встречаться с ним, когда и где захочу я. Иначе Стрэппу попадется на глаза наш контракт. Я вовсе не порвал его — я вообще ничего не выбрасываю. Как вы думаете, долго ли после этого Стрэпп будет верить в вашу дружбу?

Альчесте сжал кулаки, Фишер задержал дыхание. На миг их взгляды встретились. Затем Альчесте отвернулся.

— Бедный Джонни, — пробормотал он. — Я попрощаюсь с ним. Известите меня, когда, наконец, вы позволите нам встретиться.

Он прошел в спальню, где Стрепп только что очнулся от припадка, как всегда ничего не помня. Альчесте присел на край постели.

— Привет, старина Джонни.

— Привет, Фрэнки. — Стрэпп улыбнулся. — Что случилось после обезьяних боев? Я был слегка под градусом.

— Ха, да ты просто набрался! — Альчесте хлопнул Стрэппа по плечу. — Старина, мне надо вернуться к работе. Ты же знаешь, у меня контракт — три фильма в год. Я вылетаю сегодня.