Вячеслав Пименов

Эскимо

Бормоталка

1.

– Не переживай. Я тебе понравлюсь – обращается Эскимо к девочке лет шести.

Еще минуту назад девочка слегка капризничала. Даже крохотная слеза заблестела под глазом ребенка. Папа, заходя летним днем в сквер, покупает в киоске ей эскимо. А ребенку так хотелось замороженного сока. Дуся, так зовут девочку, всерьез обиделась на папу. Демонстрируя буку, она даже руку его отпустила. Папа этого не заметил, прошел по парковой дорожке, уселся на лавку и развернул газету. С ребенком же случилось невероятное: она встала как вкопанная. На ее лице можно было прочитать вначале удивление, а потом восторг.

– Так, ты сказочное Эскимо, что ли? – спрашивает Дуся и подносит эскимо близко к глазам, чтобы лучше рассмотреть в брикете с шоколадной глазурью что-то похожее на говорящий ротик. Не обнаружив шоколадного ротика, она сама открывает ротик и откусывает кусочек мороженого.

На вопрос Дуси мороженое отвечает не задумываясь:

– Сказочное, брусничное,

Шоколадно-кирпичное.

Тают быстро кирпичи, –

Это вам не калачи. Сочиняй дальше. Я – маленький кирпичик. Не успеешь оглянуться, как меня не станет. А вместе, смотришь и бормоталку сочиним.

Дуся все-таки оглянулась, перед этим еще раз откусив мороженого. Она стаяла посреди дорожки. Справа-слева вышагивали взрослые и бегали дети. Ее же распирала радость, что можно запросто разговаривать с волшебным мороженым.

– Бормоталку, говоришь, сочиним. Я не против. – Дуся смотрит на подтаявший кусочек эскимо и говорит ему, как бы в глаза:

– Калачи пахучие

Испекли по случаю:

Друг, мальчишка Эскимо

В морозильнике давно

Выпил мой брусничный сок.

Как же так, и как ты смог? – Проговорив быстро стишок, она еще раз успевает слизнуть подтаявшие капли мороженого. – Не обижайся, это всего лишь бормоталка. Замороженного сока мне не хочется. Буду есть только эскимо. Одно печально: ты быстро таешь. Мои пальчики горячее калачиков, а я еще не наговорилась.

Собачье гавканье отвлекает Дусю от сказочных разговоров. Крохотная белая собачка, виляя хвостиком-морковкой, встает перед ней. Дуся смотрит с грустью на заканчивающийся кусочек эскимо, вздыхает и протягивает его собачке.

– Ладно. Чего уж тут. На всю жизнь все равно не хватит одного эскимо.

Собачка осторожно пододвигается мохнатой мордочкой к ладошке девочки и слизывает все до единой капельки. Даже руки после нее не надо мыть. И опять происходит невероятное: Дуся слышит «спасибо!» Не совсем уверенная, что слово произнесла собачка, девочка оглядывается по сторонам. Папа в отдалении сидит на лавке и шуршит газетой, всем остальным прохожим до нее нет дела.