Читаем Ещё один попаданец полностью

   Около 9 часов утра разведка сообщила о движении в нашу сторону колонны бронетехники противника. Скоро мы увидели их разведку, двигавшуюся на мотоциклах и "Ганомагах". В нескольких километрах за ней шла колонна из танков Т-2 и Т-3, бронетранспортеров и грузовиков. В одном из грузовиков была оборудована установка с громкоговорителями и из них звучала бравурная музыка. Пропустив разведку ко второму рубежу обороны, мы из засады огнем пушек и станковых пулеметов обстреляли колонну немцев. Подбив из орудий несколько передних и задних танков, закупорили колонну на дороге и стали расстреливать ее. Под нашим огнем немецкие танкисты попытались вырваться из ловушки . Нескольким танкам удалось развернуться и съехать с шоссе, но подорвавшись на минах, стали добычей артиллеристов. 8 танков, 5 броневиков, десяток грузовиков с солдатами остались гореть на дороге. В бою с разведкой немцев, прорвавшихся к штабу полка, погибло почти все руководство полка и работники штаба, оборонявших КП полка... Полк возглавил командир первого батальона капитан Потапов... Отпраздновать победу нам не дали... Следовавшая следом за танками мотопехота противника развернулась и под прикрытием артиллерийского и минометного огня, атаковала наши позиции. С большими потерями они были остановлены и отброшены на исходные позиции. От попадания тяжелого артиллерийского снаряда в батальонный КП погибло командование моего батальона ... А позже при отражении атаки пехоты немцев, вплотную приблизившихся к нашим окопам, большинство командиров и политруков , поднявших батальон в контратаку. Связь между батальонами и штабом полка была прервана. В строю остались всего 2 командира - я - лейтенант Седов В.Н. и мл. лейтенант Володин В.В., из маршевого пополнения. Я принял командование батальоном на себя, а Володин стал моим заместителем и начальником штаба. Командирами взводов и рот стали сержанты и наиболее опытные красноармейцы... Немцам нужна была дорога, которую мы оседлали. До обеда они еще трижды нас атаковали и каждый раз получив по зубам откатывались назад, оставляя на поле остывающие трупы в серых мундирах... В перерыве между атаками на наш участок обороны прибыл капитан Потапов . Узнав о положении дел в батальоне утвердил мои решения...

   ... В очередной раз получив отпор, командование немцев на нас сильно обиделось и вызвало авиацию и тяжелую артиллерию. Над нами появилась девятка Ю-87, которые встав в "карусель" стали нас обрабатывать, укладывая авиабомбы прямо в траншеи и из пулеметов расстреливая выявленные очаги обороны. Тяжелые снаряды, авиабомбы рвались на позициях полка, разрушая блиндажи и окопы, позиции противотанкистов, минометчиков и зенитчиков. Зенитчики и пулеметчики пытались отбиваться, но это у них плохо получалось. Создать "воздушный зонтик" имеющимися средствами было невозможно и полк нес тяжелые потери... Два с половиной часа, чередуя артобстрел с атаками пехоты, немцы выбивали наши позиции... А затем снова была атака танками и пехотой..

   ... Атакуемые с неба и земли, остатки полка теряя людей и вооружение огрызались огнем сохранившихся пулеметов, гранатами и пулями, старались не допустить к своим окопам врага.. Оставив на минных полях еще 4 танка и 5 броневиков , а перед нашими траншеями еще несколько сот солдат ближе к вечеру немцы несколько успокоились...

   ... К концу дня на поле боя остались трупы до батальона пехоты противника, остовы 12 легких и средних танков и десятка бронемашин. Правда и от нашего полка тоже мало что осталось. В бою погибла почти вся артиллерия. В батальонах, в строю, осталось от 70 до 100 человек и 6 командиров, в большинстве своем раненых... Уставшие за день, оглохшие от взрывов бомб и снарядов, пулеметной и артиллерийской стрельбы, голодные, перебинтованные грязными бинтами , но не сломленные бойцы лопатками и касками очищали от земли окопы, чистили оружие, откапывали и выносили в тыл погибших . Готовились к новому бою...

   ... Немцы нас почти не беспокоили. С наступлением темноты совсем прекратили артобстрел. Видимо их командование решило, что после сегодняшнего дня, обороняющиеся сами оставят свои позиции и отойдут, как уже делали не раз и что нечего попусту жечь снаряды..

   ... В воздухе стоял запах дыма от сгоревшей техники, пороха, трупов. Легкий ветерок сносил запахи в сторону, потихоньку очищая воздух от примесей. Где-то в лесу застучал свою дробь дятел. Молчавшие весь день птицы, напуганные выстрелами и разрывами снарядов, стали возвращаться на свои места и заводить свои песни... Жизнь продолжалась...