Читаем Еще один мальчик полностью

— Нет, я не буду подавать в суд. Я не буду ни в малейшей степени препятствовать расследованию мисс Скитер. У нас свобода слова и печати.

— Сэр, Вы благороднейший человек, — мальчик–когтевранец не сдержал трепета в голосе. — Вы правы: пусть пишет. Ей всё равно никто не поверит.

Гарри вздохнул — последней фразой дети кое о чем напомнили.

— Кстати, а где мне найти профессора Грейнджера?

Дети запнулись на скаку.

Наконец, один осмелел:

— Наверное, в подземельях, сэр. Он всегда там бывает.

Гарри прошел знакомый путь от холла Хогвартса в подземелья. О Мерлин, сколько раз он, бывало, сюда ходил… В нем теснились воспоминания.

У кабинета главы Слизерина Гарри остановился и постучал.

— Войдите, — раздался приказ хозяина кабинета — и Гарри вошел.

Доктор магических наук, профессор зельеварения, декан Слизерина Роберт Северус Грейнджер поднял голову из‑за стола, где он сидел, отчитывая стоящего перед ним несчастного третьекурсника, и прожег вошедшего пронзительным взглядом.

— Здравствуйте, профессор Грейнджер, — сказал Гарри. — Я не помешал?

— Заходите, я получил Вашу записку… Сейчас я освобожусь, — отрывисто распорядился профессор Грейнджер. Он взглянул на третьекурсника так, что того чуть не сплющило на месте, и процедил:

— Неделя отработок, начиная с сегодяшнего дня. Жду вас в классе зельеварения к семнадцати часам.

— Да, профессор, — прошептала жертва.

— Вы свободны. Еще раз опоздаете на пару — получите еще неделю отработок.

— Да, профессор, — покорно пискнул несчастный и исчез с такой скоростью, словно за ним по пятам гнались тролли.

Профессор Грейнджер отложил перо, которым что‑то писал на листе пергамента, и стремительно встал из‑за стола. Его черная мантия эффектно размахнулась.

— Садитесь. Давно не виделись, мистер Поттер. Чем могу быть полезен?

— Да, давненько я не заглядывал в Хогвартс, — вздохнул Гарри. — А жаль. Люблю это место.

Профессор Грейнджер вежливо кивнул.

— Приходишь, и словно окунулся в детство. В Хогвартсе ничего не меняется! Кажется, здесь время остановилось…

— Отчего же. В этом году мы заканчиваем компьютеризацию лаборатории, начнем компьютеризацию библиотеки, — заметил профессор Грейнджер.

— Минерва, наверное, сильно сопротивляется? — участливо спросил Гарри.

— Госпожа директор оказала нам полное содействие, — холодно сказал Бобби.

Еще бы, фыркнул Гарри. Он помнил, какое лицо было у Минервы, когда сияющий Слагхорн и «группа поддержки» из слизеринской общины представили ей избранного ими нового декана Слизерина. И как они вежливо напомнили, что своих деканов община всегда выбирала сама, а от директрисы требуется сущая безделица, только подписать формальное назначение!

Да уж, подумал Гарри, у бедной Минервы было весело три последних года.

Бобби заступил на должность три года назад, а результат уже налицо.

Собственно, причина, по которой Гарри сегодня приехал с визитом в Хогвартс, было отчаянное письмо его юного племянника. В этом году сын Рона Уизли поступил в Хогвартс на первый курс — на Гриффиндор, разумеется. Вчера вечером он прислал дяде Гарри безумное и трогательно безграмотное письмо, что Хогвартс ему ужасно нравится, но он страшно боится. Сегодня у него первое зельеварение, а все пугают, что профессор Грейнджер очень строг и ненавидит гриффиндорцев. Три шкуры с них спускает. И бедный мальчик не знает, что делать. Гриффиндорцы не ведают страха, но он боится, что даже не дойдет до кабинета зельеварения. он уже два раза видел профессора Грейнджера, и тот такой страшный!!!

Гарри написал, что бояться недостойно гриффиндорца, и мальчик правильно преодолевает свой страх. Пусть дойдет до класса, мы что‑нибудь придумаем.

Тем временем, надо было что‑то сказать Бобби.

— А как Вам преподавание?

— Милая профессия. Особенно касательно профессора зельеварения, — хмыкнул Бобби. — Стабильно взрывают 50 котлов в год, крадут 200 унций ингредиентов и варят полгаллона Оборотного зелья. В Хогвартсе ничего не меняется.

— А как мои гриффиндорцы?

— Гриффиндорцы, — презрительно сказал Бобби. — Гриффиндорцы, этим всё сказано. Ни на одном другом факультете таких кретинов не собралось, честное слово. Просто наследственный антиталант к зельеварению.

Гарри засмеялся.

— У них по–прежнему сдвоенное со Слизерином?

— Зачем же разбивать сей стройный союз.

— А знаете, я бы взглянул… Давно не был на уроках, даже ностальгия заела. На моей памяти самое яркое из школьных воспоминаний — не поверите, совместные уроки зельеварения со Слизерином.

Бобби вежливо развел руками.

— Как Вам угодно. У меня как раз через полчаса такая пара — Гриффиндор/Слизерин, первый курс. Заходите, наслаждайтесь.

— Зайду обязательно, — пообещал Гарри. — Спасибо.

— Пожалуйста. Кстати, окажете мне услугу? Гриффиндорцы вас любят — может, в Вашем присутствии они будут вести себя более прилично.

Ничего не проси у слизеринца — предложит сделку, вздохнул Гарри.

— Любую услугу, как пожелаете, Роберт.