Самозванец подхватил Гаррину палочку и прыгнул с пролета на лестницу, которая неторопливо отъехала от «причала» и развернулась к другому этажу. Среди хогвартских лестниц — обычное дело. Гарри стоял на краю пролета перед пустотой, по которой нельзя было прыгнуть вниз или вверх, как по исчезнувшей лестнице, и смотрел, как самозванец ступает на площадку пятого этажа.

Самозванец встал на площадку и обернулся.

— Я только на время позаимствую Вашу палочку, сэр, а в понедельник верну ее целой и невредимой! Моя палочка, как видите, треснула, а мне без нее никак нельзя. Придется пока взять Вашу… Завтра же суббота, занятий нет, палочка Вам не очень и понадобится… А мне иначе свою не восстановить…

От такой наглости Гарри остолбенел. Но самозванец на этом не остановился.

— Я верну не беспокойтесь! Честное слово, я не Пожиратель смерти, я один из учеников, сэр!

— Как Ваше имя? — прокричал в ответ Гарри.

— Грейнджер! Бобби Грейнджер!

— Прекратите лгать, мне отлично известно, что Грейнджер сейчас спокойно спит!

— Это Ваша карта лжет, а не я! Я сам ее заколдовал!

Гарри чуть не сел на стену.

— Я не знаю, как Вы узнали про Карту, но Грейнджер не мог ее заколдовать! Он пальцем не может тронуть эту Карту!

Самозванец развел руками и вздохнул.

— Я верну Вам палочку, как только смогу! Просто подождите немного!

— Вы уже больше часа бродите по школе — Оборотное зелье столько не действует!

— Сэр, ну это уже позапрошлый век — зелье продолжительностью в один час. Я взял новый рецепт, пролонгированный…

— Если Вы — действительно Грейнджер, я завтра же поставлю в известность Вашего декана и руководство школы!

— Ну знаете…

Самозванец покраснел от гнева.

— А Вы сами хороши — используете на школьниках запрещенные боевые заклинания! Причем, мои собственные! Ничего себе благодарность… Нет, мне, конечно, приятно, когда применяют мои заклинания, и что они среди членов Ордена феникса очень популярны… Что сотрудники аврората ими постоянно пользуются… Но формально их запретили, и если откроется, что Вы их применяли, и Вас и меня ждут большие неприятности! Лучше не рассказывать, как Вам понравились мои изобретения, ни профессору Макгонагалл, ни кому‑либо другому. Они же будут вынуждены отреагировать…

Гарри беспомощно смотрел, как самозванец развернулся и направился было в глубь коридора… Но он, что ли, почувствовал, что Гарри все еще стоит на выступе и смотрит ему вслед. Он вернулся, подошел к краю площадки, сложил руки рупором и прокричал:

— Спокойной Вам ночи, сэр!

После чего с чистым сердцем удалился.

В субботу утром в холле висело огромное объявление. Оно оповещало, что ночью в школе потерялась волшебная палочка, нашедшему ничего не грозит, кроме вознаграждения, и принести потерянную палочку можно в кабинет завхоза или любого преподавателя.

Бобби этого объявления как бы не видел, потому что вообще в холл не выходил. Он всю субботу просидел в лаборатории за одним старинным зельем, за которое Мундунгус Флетчер обещал семь галлеонов — цену новой волшебной палочки.

Настроение у Бобби было чудесное. Он не знал, что думает насчет него Гарри Поттер, а вот он про Гарри Поттера думал, что это двуличный лицемер. «Тресни!»

«Эти заклинания — Темные и опасные… Министерство магии их никогда не утвердит…» — А сам их использует, когда думает, что его никто не видит.

И правильно делает. Заклинания классные. Ночью в темном переулке не до того, чтобы играть в этикет Министерства — надо защищать жизнь.

Бобби отлично знал, что эти неутвержденные заклинания вовсю используют члены Ордена Феникса и даже служащие Министерства, мракоборцы, когда попадают в засаду Пожирателей смерти. Он испытывал скромную гордость творца.

Около полуночи зелье в котле зашипело и выпустило вверх зеленые пузыри.

— Готово.

Бобби встал, чтобы размять ноги.

В полутемной лаборатории было абсолютно тихо, замок над нею спал, и даже профессор Поттер видел хороший сон.

Бобби задул свечи и вышел, запечатав дверь. Честно говоря, подумал он, неплохо бы прогуляться. На свежем воздухе.

Пару минут спустя он уже направлялся в Запретный лес.

Что случится дальше, не знала даже ясновидящая Сивилла Трелони.

Через полчаса после того, как Бобби ушел гулять, Гарри Поттеру суждено было проснуться.

Не самому.

Его разбудили.

— Гарри! Проснись!

— Папа!

— Папа, проснись! Тревога!

— Папа, тревога!

Раздражающий гул сигнала тревоги, непрекращающийся грохот, так как весь Замок проснулся. Гарри Поттер вскочил с кровати и быстро оглянулся. Вся семья — полуодетая, взволнованная — столпилась перед ним.

— Гарри, посмотри туда, — сказала Джинни, указывая пальцем за окно.

Вдали в небе над Запретным лесом висел сноп ярких синих искр — сигнал тревоги.

«Надо идти в лес», — подумал Гарри и начал быстро одеваться.

Одеваясь, он автоматически глянул на Карту Мародеров. На опушке Запретного леса, под сигнальными искрами, Карта обнаружила пять точек. Четыре: «Рабастан Лестрейндж», «Амикус Кэрроу», «Алекто Кэрроу», «Адольф Трэверс». Пятая была опознана Картой как «Лорд Волдеморт».

Лицом к лицу с безликим