Читаем Эрминиды (СИ) полностью

Северин замкнулся в мрачном молчании, переваривая нарисованную вампиром сцену и воображая возможные варианты развития событий. Он не так чтобы очень хорошо разбирался в людях, но перспективы выстраивались какие-то не очень радостные.

— Почему вообще ты хочешь сбежать от меня? — полюбопытствовал Эйзенхиэль. — Кажется, я не сделал с тобой ничего особенно ужасного. По крайней мере, пока.

— Я… — мальчик поднял на главу клана предательски заблестевшие глаза. — Я не хочу быть вампиром.

— Тогда у меня есть для тебя хорошая новость, — сверкнул белоснежными клыками его собеседник. — Ты им никогда и не станешь. Даже в том случае, если бы это было самым страстным твоим желанием — ты родился человеком. Человеком и умрёшь. И, возможно, раньше, чем тебе хотелось бы. Однако…

Князь Элизобарра отступил на несколько шагов.

— Ну-ка, покажи мне, что ты можешь, — снова указал он на рапиру.

Северин смущённо протянул её владельцу рукоятью вперёд.

— Ну уж нет, — усмехнулся Эйзенхиэль. — Нападай на меня.

— Но вы… — мальчик запнулся.

— Что? Безоружен? Пусть тебя это не смущает.

— Нет, — покачал головой Северин. — Вы же высший вампир, а сейчас ночь, новолуние и…

— А ты не всегда одинаково глуп, — заметил его глава клана. — Но тем не менее. Я просто хочу посмотреть, как ты владеешь оружием. И обещаю тебя не калечить. Мне завтра тебя ещё к герцогу вести.

Северин нерешительно повертел рапиру в руке.

— Ну что теперь? Ты же так ненавидишь вампиров. Представь на минуту, что действительно можешь меня убить.

Мальчик вздохнул и встал в позицию. Эйзенхиэль начал медленно двигаться вдоль комнаты. Юный лорд Эрлинг сделал несколько выпадов, но вампир уклонялся от них без всякого напряжения. Оскалив клыки для большего драматизма, он по сужающейся спирали стал приближаться к Северину. В конце концов просто схватил лезвие открытой ладонью и… с диким вскриком отскочил в угол комнаты, отшвырнув оружие от себя. Северин отлетел в другой угол комнаты и теперь с трудом пытался подняться.

— Маленький гадёныш, — прошипел вампир, зажимая здоровой рукой пораненную. Лицо у него было такое, будто рапира, за которую он только что схватился, была раскалена добела. — Она серебряная! Моя любимая рапира — серебряная!

— Я сейчас верну назад, — сказал мальчик, подбирая с пола оружие.

— Не надо, — перебил его Эйзенхиэль, с отвращением глядя на ни в чём не повинное лезвие. — Оставь её себе. Скажи мне лучше, ты как это сделал?

— Преобразовал структуру кристаллической решётки.

— Это я понял. Каким методом?

— А их что, несколько? — заинтересовался мальчик.

— Ты удивишься, — прошипел вампир, безуспешно пытаясь унять боль в руке. — Ты где этому научился?

— Читал в книге, — Северин вдруг вспомнил, какому подвергся наказанию, когда мать застала его за чтением принадлежавших ей фолиантов, и помрачнел.

— В какой? — спросил вампир, из последних сил пытавшийся сохранять хладнокровие.

— Я не знаю, — признался мальчик. — Я открыл её наугад, прочитал несколько глав из середины… а на обложку посмотреть не успел.

— То есть, не успел? — от удивления Эйзенхиэль даже о боли забыл.

— Меня поймал библиотекарь…

— Ты что, хочешь сказать, с тобой никто специально не занимался магией? — это показалось главе клана Вампиров настолько диким, что он уставился на Северина, как будто тот был не мальчиком, а единорогом.

— Мама… — слова выходили из него медленно, будто нехотя, — говорила, что я всего лишь человек, и… учить меня чему-либо бессмысленно… потому что… — мальчик вскинул глаза на вампира и твёрдо закончил: — потому что я всё равно скоро умру.

— Ладно, — сжал зубы Эйзенхиэль не то от боли в руке, не то по другой какой-то причине. — На досуге я сам тобой займусь. А формулу-то хоть написать сможешь?

Северин немедленно начертал в воздухе требуемое.

— М-м-м… а про сферы свои ты тоже там вычитал?

Мальчик кивнул.

— Тогда я знаю, что тебе попалось, — задумчиво сказал белокурый вампир. Вариант был всего один, но факт, что ребёнок не только смог разобраться в таком заумном наукоёмком труде, но и использовать его на практике, поверг главу клана в некоторое замешательство.

— Хорошо, — сказал он, справившись, наконец, немного с болью в руке, — давай посмотрим, что там у тебя с крышей…

— Всего-то, — прошипел Эйзенхиэль, заглянув в комнату. — Пара балок рассохлось. — он всё ещё потирал руку, а пятна влаги стали исходить паром просто от его взгляда. — Преобразование кристаллов Гаарсена он запросто делает, а влагу в бревно загнать не в состоянии, — раздражённо бормотал себе под нос вампир.

Северин, и в самом деле бывший полным невеждой в бытовой магии, молчал, стараясь слиться с тенью. Но потом всё-таки тихо спросил:

— Эйзенхиэль?

— Что? — огрызнулся князь несколько более резко, чем ему самому того хотелось.

— А… вы всё-всё умеете делать? С помощью магии?

— Какие-то вещи проще сделать без неё. Но в целом… почему ты спрашиваешь?

— Поэтому вы путешествуете без слуг? И в доме их нет…

Князь Элизобарра вздохнул.