Читаем Эрик полностью

- Да уж, большая армия. - Эрик откинул голову и задумчиво посмотрел в потолок. - Когда я выходил на Рим, у меня было три с половиной тысячи воинов, снаряженных в латные доспехи. А в княжестве оставалось еще восемьсот при луках, копьях и металлической чешуе. Все мои явные враги рядом с домом были разбиты или запуганы, но при этом, особенно подчеркну, при этом, я переживал, что могу прозевать гостей. Честно говоря, я не вижу, чем ваш господин может помочь мне в военной кампании. Вокруг вас враги, армия слаба, денег очень мало. Вы слабы и представляете собой лакомый кусочек для ваших соседей. Вы хотите, чтобы я стал вашим щитом от их аппетитов?

- Монсеньор, вы… Вы не так меня поняли…

- А что тут непонятного? Вам нужен союзник, чтобы выжить, так как Франция и Арагон растащат вас по кусочкам. По крайней мере, они сильнее вас и не скрывают своих аппетитов. Это просто, ясно и очевидно. Я хороший союзник, потому что у меня сильная армия и успех в битвах, но вам нечего предложить мне. Даже вассалитет, который мне совершенно не нужен, ибо эта головная боль у черта на куличиках мне совершенно ни к чему. Ведь так?

- Да… Так… Монсеньор, вы же это и так знали. Зачем вам этот разговор? У вас есть какие-то предложения?

- Есть. Раймунд, я люблю играть по-крупному. Рим пал, Константинополь в руинах, Европа в смятении. Что вы собирались сами делать в ближайшее время? Ну, если, например, я откажусь от союза.

- Да жили бы, как и раньше. Хотя нет, как раньше уже не получится. Мир слишком изменился. Честно - я не знаю, что бы мы делали. Однозначно только то, что мы пробовали бы выживать. Как вы заметили - мы слабы, но не настолько, чтобы опустить руки и тихо умереть.

- Хорошо. - Эрик выдержал небольшую паузу. - Как я уже сказал, два вековых центра христианства пали. Как вы, наверное, понимаете, заслуженно, так как вместо заботы о душах людей занимались политикой, войной и финансами. Ваш старый друг епископ Урхеля тому яркий пример. Тот колосс, что выстраивали по кирпичикам со времен императора Константина, не выдержал ударов судьбы и рухнул, оставив людей без веры. С одной стороны, это хорошо, они больше будут думать, что пойдет только на пользу экономике, то есть нашему с вами благосостоянию. С другой стороны, они окажутся совершенно неуправляемыми. У себя я пока справляюсь, ибо смог железной рукой навести дисциплину и порядок буквально во всем. Но так будет не везде и не всегда, - князь снова выдержал паузу. - Вы понимаете, к чему я клоню?

- Не совсем. Что-то смутное угадывается, но… Подождите-ка! Так вы хотите повторить дела Константина? - Раймунд был удивлен и поражен.

- Именно. - Эрик сухо улыбнулся. - И предлагаю в Боспоре собрать Собор. Я собираю осколки ортодоксальной церкви, тамплиеры - осколки католической, вы альбигойцев и, если пожелаете, вандесов. Впрочем, состав участников можно свободно обсуждать. Где после определенной работы будет не только выбран новый глава христиан, но и создан новый, единый центр для всего христианского мира. Правда, уже несколько иной, нежели раньше. Светская власть должна быть у светских правителей, пусть священники занимаются душами и несут практическую пользу людям.

- Как вы хотите это реализовать?

- За право посвящать свою жизнь культу они должны платить светским властям. Я думаю, достаточной платой будет, если они будут за свой счет обучать всех желающих детишек чтению, письму и счету. Да, опасная затея, ибо образованными людьми управлять сложнее, но затея того стоит, так как образованные люди могут сделать намного больше и лучше, нежели их братья, живущие без света знаний. Церковь станет не привилегией, а тяжелым трудом во благо всего общества, причем бесплатным.

- Но священники же в итоге накопят богатства и смогут снова начать играть в вершителей людских судеб. Стравливая одних добрых людей с другими.

- Это как раз решить очень просто - они примут устав, подобный тому, что принимают монашествующие ордена, в которых будет ясно и четко обозначено то имущество, каким они могут владеть. В уставе же прописать, что изменение устава возможно, только если на соборе присутствуют все делегаты, а также все представители от светских властей, на землях которых действует церковь и народ в едином порыве единогласно желает его изменения. Подобный подход очень серьезно ограничит свободу маневра у хищников в рясе.

- А что это дает нам с вами? - Роже задумчиво смотрел в окно.

- Как что? Мы становимся фундаментом новой общеевропейской церкви, которая вновь, как это было пятьсот лет назад, сможет объединить Европу. Что же касается конкретно вашего сюзерена и меня, то нам это принесет новый статус - королевские короны. Думаю, Раймунд не откажется от перспективы создания Окситанского королевства, да и мне пора бы уже этим вопросом вплотную заняться. И союз между нами будет несравнима крепче, нежели просто военный или политический.