Читаем Еретик полностью

Так что. Законсервировать имперскую систему в статичном положении невозможно! Пульсация границ имперской системы – это ее естественное состояние: империя дышит, она жива.

Хозяйственное же обустройство империи к расцвету экономики и комфорту – идет параллельно с завоеваниями и приобретениями. Завоевания стоят денег – но они же деньги и приносят!

Прекратить империи все войны – это все равно что дон Жуан скажет любовнице: «Ну, сексом мы занимались уже достаточно, потратили на него много сил и времени. Теперь отремонтируем замок, будем правильно питаться, читать книги и заниматься спортом. Пора гармонично развиваться».

Когда империя старится и слабеет – центробежные силы начинают преобладать над центростремительными. Империя начинает разваливаться на составные части.

…Завоевательные войны вдоль границ России не могли быть вовсе прекращены. Ибо это естественное состояние империи.

40. В XIX же веке засияло нерукотворное зеркало народной души и натуры – великая русская классическая литература. Национальная гордость и слава.

Формироваться она начала по понятным причинам поздно, после Петровских реформ, заимствуя европейские каноны и жанры. И к началу XIX века, завершив период архаики и формирования русского литературного языка, достигла высот самостоятельной ценности.

Ряд великих имен известен. Карамзин, Пушкин, Лермонтов, Гоголь, Тургенев, Достоевский, Толстой, Чехов. Художественная ценность и глубина мысли сомнений не вызывают.

Но важно сейчас для нас и принципиально следующее. На что никто ранее не смел вслух обратить внимание:

Из всех героев и произведений традиция отбирает в обязательную программу:

Бедная Лиза и Чацкий, Онегин и Печорин, Хлестаков и Чичиков, Базаров и Инсаров, Раскольников и Мышкин, Обломов и три сестры, и даже лучшие и любимые у богоподобного Толстого – князь Андрей и Анна Каренина! Лишь толстовские старосветские помещики Ростовы и Левины хозяйствуют на земле с пользой и рожают детей – но автор так пытается убедить себя в энтузиазме и великом смысле сельской жизни, что это вызывает внутреннее недоверие и отторжение: помещики неинтересны ему самому, хотя он старается убедить себя и полюбить их.

Обстоятельство первое: Россия участвовала в Семилетней войне, отвоевала Крым и Новороссию, основала Одессу и Севастополь, русские моряки открыли Антарктиду, русские фактории были на Аляске и в Калифорнии, русские войска завоевали огромный Туркестан. Демидовские металлургический заводы дымили по всей стране, Демидовы вошли в мировую аристократию, купили титулы. Крепостной мужик организовал Большую ивановскую мануфактуру и сказочно разбогател своим собственным умом. То есть жизнь предоставляла богатейший материал для осмысления и отображения.

Русскую литературу это не интересовало! (Лишь граф Толстой, с молодости игрок, бабник, бретер, боевой офицер, видел войну, кровь и мужество; позднее это и у него прошло…)

Обстоятельство второе: самыми знаменитыми и читаемыми писателями первой половины века были: Булгарин, автор первого русского романа «Иван Выжигин», недосягаемого по тиражам бестселлера, где главный герой проходит из нищего сиротства через массу передряг, все превозмогает и добивается спокойной человеческой доли; Загоскин, автор первого русского исторического романа «Юрий Милославский, или русские в 1612 году», эпическое полотно «русского Вальтера Скотта»; и наконец Матвей Комаров и его лубочная «Повесть о приключении милорда Георга…» О художественных достоинствах всегда можно спорить – но изымать эти книги из обязательной картины русской литературы невозможно!

Возможно. Примечательно же то, что герои их – активны, позитивны, жизнелюбивы, выносливы, ставят цели и добиваются их. Грубо говоря – положительные герои в экстремальных обстоятельствах, преодолевающие все трудности. Называйте любые причины – но из русских литературных святцев такие герои вычеркнуты.

То есть. Русская классика в упор не желает знать победителя, созидателя, здорового жизнелюбца, патриота, счастливого в любви мужа (жены тоже), вершителя больших дел.

Русской классике интересен и мил неудачник, неприкаянный, бездельник, ее тянет к страданию, депрессии, поражению. Вопросы бессмысленности и несправедливости жизни пленяют ее. Победа невозможна, цель недостижима и неясна, и вообще жизнь нерадостна.

Общее настроение, мироощущение русской классики – уныние, депрессия, необоримая несправедливость, бесцельность, тщета усилий.

При этом! Герои милы и обаятельны, несчастны без вины, вызывают сострадание и пытаются понять причину своих несчастий!..