Читаем Эрагон. Возвращение полностью

Эрагон посмотрел на Заррок с отвращением. Чем больше он узнавал о своем клинке, тем более злым и опасным он ему казался, словно по собственной воле мог приносить страдания и беды. Если бы этот меч ему подарил не Бром, если бы преимущества Заррока по сравнению с мечами Проклятых не были столь очевидны, Эрагон давно бы уже бросил его в реку. Ему хотелось сделать это даже сейчас.

Но вместо этого Эрагон сам бросился в воду, подплыл к Сапфире, и, пользуясь тем, что еще не совсем темно, они впервые после ухода из Тронжхайма решили немного полетать. На большой высоте воздух был прозрачен и легок, а река внизу казалась всего лишь пурпурным ручейком.

Не имея седла, Эрагон крепко сжимал коленями колючие бока Сапфиры, болезненно ощущая старые шрамы, полученные им во время самого первого их полета.

Сапфира заложила вираж, паря на восходящем потоке воздуха, и Эрагон заметил, как слева от них со склона горы в воздух поднялись три коричневых комочка или пятнышка и стали стремительно набирать высоту. Сперва Эрагон решил, что это ястребы, но загадочные животные вскоре подлетели поближе, и он увидел, что в них не менее двадцати футов, у них длинные тощие хвосты, кожистые крылья, и вообще они были очень похожи на драконов! Но драконов куда более мелких, чем Сапфира, и куда больше похожих на змей. Да и зеленовато-коричневая невзрачная чешуя у них совсем не блестела.

Эрагон возбужденно спросил:

«Не знаю», – растерянно ответила Сапфира, кружа на месте и рассматривая незнакомых ящеров. Те, впрочем, тоже явно никуда улетать не собирались. Их, казалось, смущал грозный вид Сапфиры и ее внушительные размеры; они то подлетали к ней совсем близко, то вдруг в самый последний момент резко разворачивались и с шипением удалялись на безопасное расстояние.

Эрагон усмехнулся. Пожалуй, решил он, надо попытаться установить с ними мысленный контакт. Три неведомых ящера тут же свились в клубок, став еще больше похожими на змей, и пронзительно закричали, широко раскрывая пасти. Их крик был не только слышен на много миль вокруг, но и проникал Эрагону в самую душу, прямо-таки раздирая ее в клочья. Такой крик мог кого угодно свести с ума. Сапфира тоже это почувствовала. А крылатые существа, продолжая пронзительно орать, вдруг бросились в атаку, выставив перед собой острые как бритва когти.

«Держись крепче», – мысленно предупредила Эрагона Сапфира и, сложив левое крыло, заложила крутой вираж, ловко обойдя двоих нападающих, потом сильно взмахнула крыльями и в один миг поднялась значительно выше коричневых ящеров. А Эрагон тем временем пытался закрыть доступ к своим мыслям и как-то заглушить тот пронзительный жалобный вой, что неумолчно звучал у него в ушах. Как только ему это удалось, он хотел было воспользоваться магией и уничтожить противных тварей, но Сапфира остановила его: «Не убивай их. Я хочу поставить опыт».

Хотя эти крылатые ящеры оказались значительно более юркими, чем Сапфира, она сильно превосходила их по величине и силе. Перекувырнувшись в воздухе, она вдруг повисла вверх ногами, и у Эрагона от страха засосало под ложечкой. Один из ящеров тут же попытался спикировать на дракониху, но она ловко ударила его задней ногой прямо в грудь и отшвырнула в сторону.

Вопли атакующих стали понемногу стихать, а Сапфира, расправив крылья, медленно описала в воздухе мертвую петлю и повернулась к ним, грозно выгнув шею и чуть откинув назад голову. Эрагон слышал, как где-то глубоко внутри у нее рокочет пламя. Затем из пасти драконихи вырвался язык огня, и точно синий светящийся нимб окутал ее голову, а чешуя засверкала, словно целая россыпь драгоценных камней.

Неведомые твари, так похожие на драконов, испуганно заквакали и разлетелись в разные стороны. Мысленная связь с ними тоже оборвалась; они вовсю улепетывали к себе в горы.

«Ты же меня чуть не сбросила!» – сердито сказал Эрагон, наконец-то позволив себе немного отпустить руки, которыми судорожно вцепился в шипы на драконьей шее.

Сапфира самодовольно посмотрела на него и заявила:

«Это точно!» – засмеялся Эрагон.

Страшно довольные одержанной победой, они вернулись к плотам. Когда Сапфира шлепнулась на воду, подняв весьма приличные волны, Орик крикнул:

– Вы не ранены?

– Нет, – ответил Эрагон, слезая со спины Сапфиры на плот. – Это что же, еще одна разновидность живых существ, которые водятся только в Беорских горах?

Орик оттащил его подальше от края и сказал:

– Мы называем их фангурами. Они не такие умные, как драконы, и выдыхать огонь не умеют, но связываться с ними все равно не стоит.

– Мы это заметили. – Эрагон потер виски: от воплей фангуров у него разболелась голова. – Хотя они, конечно, Сапфире не соперники.

«Естественно!» – важно подтвердила дракониха.

– А охотятся они, – продолжал объяснять Орик, – пользуясь своим умением мысленно сбить свою жертву с толку, обездвижить ее, а потом убить.