Самой же влиятельной персоной Молдовы пока что остается олигарх Владимир Плахотнюк, он же – председатель «ненашей» Демократической партии, фактически управляющий из-за угла парламентским большинством. И что надо, для верного успеха, с ним сотворить?

Правильно.

В начале апреля 2017 года спецслужбы Молдовы и Украины заявили, что вместе предотвратили убийство г-на Плахотнюка. Теракт, так сказать.

Ну и что, что предотвратили? Успех приходит с опытом. Можем повторить (с).

И если к концу года Молдова получит пророссийский парламент, можно где-нибудь в феврале 2018-го подписывать финальный план приднестровского урегулирования. Со всеми вытекающими отсюда последствиями, включая электоральные.

Да, ЕС и США осердятся не на шутку. Но нам ведь уже все равно нечего терять в отношениях с этими жидогеями, не так ли?

<p>Демедведизация</p>

Но все же самым гомеопатическим остается сценарий предвыборной смены федерального правительства. Кстати, как раз 26 апреля 2017 года «Левада-центр» опубликовал данные свежего опроса, согласно которым отставки нынешнего премьера хотят уже 45 % россиян. Против – 33 %. Особенно впечатляет падение за один календарный год – с весны-2016 – численности наших сограждан, вполне доверяющих председателю правительства: с 14 до 3 (!) процентов.

И расследования ФБК им. А. А. Навального, и экстравагантное публичное поведение премьера в русле риторики «Денег нет, но вы держитесь там!» сделали свое дело. Убрав непопулярный кабинет, Кремль может приблизиться к «70х70» без крупных международно-военных авантюр. Притом не без помощи российского труп-сообщества, как сообщалось выше: отменить проект «Гоголь» я, в любом случае, не призываю.

Да, если верить центральной версии, г-н Путин твердо обещал своему политическому сыну премьерство, как минимум до весны 2018-го. Но большие близкие обстоятельства могут оказаться важнее и сильнее дальних давних обязательств.

Тогда сразу возникает резонный вопрос: а кто придет на смену Д. А.? Чтобы не напугать народное большинство и, одновременно, расслабить прогрессивную общественность (вкупе с Западом)?

Слухи ходят разные. Я бы выделил четырех кандидатов. (Хотя, по слухам, их не меньше семи, а сколько на самом деле, и сам президент еще не догадывается, что уж до простых смертных.)

Прежде перечисления вспомним основные критерии выбора Владимиром Путиным главы правительства – номинально, второй персоны в иерархии власти. Они таковы.

– По тем или иным причинам/основаниям премьер не должен быть прямым политическим соперником президента. Ни сразу, ни в будущем. На нем должны быть какие-то родимые пятна, в принципе мешающие домогаться поста № 1 (не путать с местом часовых у Вечного огня, Мск).

– Второе лицо не должно быть существенно выше первого. В прямом, физическом смысле слова.

– Фактическим премьером будет президент. Эта истина должна быть доступна соискателю поста априори. Иначе кирдык.

Выделим четверых соответствующих критериям кандидатов – и рассматриваемых (как говорят), и желающих (возможно).

1. Валентина Матвиенко, спикер Совета Федерации.

Немолодая (про политиков можно) дама (68 лет). Опытный дипломат: и формально (по карьере), и фактически (умеет договариваться с людьми по-хорошему). Легко руководит и женщинами, и особенно мужчинами. Деликатна, тактична. Безотказна: сказали некогда идти на выборы губернатора Санкт-Петербурга – шла, сказали сниматься с выборов в угоду путинским договоренностям с экс-губернатором Владимиром Яковлевым – снималась, велели переходить в Совет Федерации – перешла. Каждый раз не без слезы в подтексте, но и без внятного сопротивления.

Валентина Ивановна – идеальная мать-утешительница народа, разозленного всякими «да вы держитесь там» и прочими реновациями.

Владеет английским языком.

2. Максим Орешкин, министр экономического развития.

Молод, хорош собой. Не принадлежит к старым друзьям президента, не обременяя тем самым главу государства воспоминаниями о бедной юности. Амбициозен: чуть ли не каждый день вносит предложения, как бы все поменять, ничего не меняя. Прекрасно играет интеллектуала. Разбирается в деньгах – бывший замглавы Минфина РФ. Недавно первый вице-премьер Игорь Шувалов (тоже возможный кандидат, только очень высокий) сказал, что именно орешкинское Минэкономразвития должно стать единым центром формирования образа будущего РФ. Намекал на что-то? Готовился? Прогрессивная общественность и Запад будут в целом не напуганы.

Владеет английским языком.

3. Сергей Кириенко, первый замруководителя администрации президента, премьер-министр РФ в марте – августе 1998-го.

Если ты когда-то (1998) взял на себя всю ответственность за дефолт, ты мужик. Если ты не побоялся возложить на себя обязательство «70х70», ты мужик вдвойне. К тому же мужик иссиня-еврейский, что исключает прямые президентские амбиции. В наше время – креатура группы бр. Ковальчуков, близких доверенных лиц президента. Прогрессивная общественность и Запад в основном довольны.

Владеет английским языком.

4. Герман Греф, президент Сберегательного банка РФ.