Можно еще, конечно, предположить, что главное – насолить Бараку Обаме. Недавно Обама пожелал путинской России увязнуть в Сирии. А мы – ему назло – не увязнем. Шиш тебе, недоделанный председатель Земного шара!

А коньячку хлопну позже – под праздничный концерт на Васильевском спуске. Тем более что город перекроют, и никуда во внешний мир уже не доберешься, с недолеченной ногой наипаче.

<p>Васильевская алия</p>

В те годы, когда я был еще практикующим политическим консультантом, мне пришла в голову простая идея: переименовать Васильевский спуск в Васильевский подъем. Ведь по сути это одно и то же, но «Васильевский подъем» звучит гораздо оптимистичнее и, я бы сказал, стратегичнее. Нация должна двигаться вперед и вверх, а не спускаться вниз. И всякий важный топоним пусть напоминает о том национальному коллективному бессознательному.

«Подъем» – это ведь как алия, то есть репатриация в Израиль, у евреев. «Алия» и значит что-то вроде подъема. Когда человек (вос)соединяется с Родиной – это подъем. А когда отторгает от Родины свою жалкую плоть – спуск. У евреев последнее называется, кажется, «йерида».

Да и концерт в честь возвращения Крыма и Севастополя на историческую Родину совершенно логично было бы проводить на Васильевском подъеме, а не наоборот.

Сегодняшний Кремль, увы, слишком консервативен, чтобы одобрять такие переименования.

<p>Крымский угол</p>

Теперь вернемся к другому мучающему многих вопросу: почему В. В. Путин в столь непривычной для него агрессивно-радикальной, авантюрно-аферистичной манере перевел в Россию в 2014 году Крым и Севастополь? Причем сделал это так быстро, как ничего в путинской России обычно не делается. Ответ лежит все там же – в крысином углу. Из чьего-то невского детства.

22–23 февраля того безумного года, когда закрытие Олимпиады в Сочи совпало с революцией на Украине и бегством Виктора Януковича, В. В. понял, что оказался-таки в ловушке.

А) Он безвозвратно теряет Украину.

Б) Через пару недель в Крыму окажутся ядерно вооруженные войска НАТО – может, ради этого и выперли несчастного Януковича? – и тогда придется выводить оттуда наш Черноморский флот. И ничего уже не попишешь, так как успешно выиграть у американских сил в прямом столкновении мы не можем, как бы ни храбрились и ни бодрились.

В) По мнению опытных генералов-ракетчиков, если американское ядерное оружие окажется в Крыму, остановить прицельный удар по Москве мы не сможем.

Таким образом, второй и четвертый президент РФ тоже прочно въехал бы в русско-всемирную историю. Но уже в другом качестве – как лидер, при котором Россия окончательно лишилась влияния на Украину, потеряла Крым и Черноморский флот. Чего в общем виде никогда не теряли даже при национал-предателе Борисе Ельцине.

У Путина банально не осталось выбора. Из крысиного угла он должен был выходить через совершенно роковые решения, играя ва-банк. Что он и сделал.

Гарантий успеха не было. Если бы Украина на рубеже февраля – марта 2014-го ввела в Крым большинство своих дееспособных частей, еще неизвестно, как бы дело сложилось и пошло. Но Киев убоялся и уклонился от столкновения.

И несколько лукавят те, кто утверждает, что крымско-севастопольский план долго вынашивался, готовился с 2004-го («оранжевая революция»), 2000-го и чуть ли не 1994 годов. Нет, всяких написанных на бумажках планов, щедро кормивших кремлевские машины по уничтожению документов, всегда было полно. Но вот серьезный практический план созрел в путинской голове только в начале двадцатых чисел февраля 2014-го. Став неожиданностью даже для многих генералов-адмиралов и Черноморского флота. Они всю жизнь ждали судьбоносного патриотического решения, но вот чтоб прямо так сразу…

Страх у них прошел, когда стало понятно, что Украина не станет воевать. Помогли и западные партнеры, «спонсоры государственного переворота». Их общее послание Украине было примерно такое: не дергайтесь и не рыпайтесь, не провоцируйте кровопролитие, Путин на аннексию Крыма все равно не решится. Мы его знаем, он не такой.

Да, крыса – она не такая, пока ее не загнали в угол.

Будучи консерватором и индуктивистом, Путин обычно действует медленно и осторожно. Потому радикальных экономических реформ, на которые уповают системные либералы во главе с Алексеем Кудриным и Ко, от него ожидать не приходится.

Вернее, приходится, вполне приходится. Но только в одном случае. Если лидер окажется в какую-то минуту убежден, что единственная альтернатива реформам – полный коллапс и крах. Причем не экономики, которая сто лет никому не нужна, а государства Российского вообще.

Потому мой экспертный совет системным либералам: загоните Путина в угол и заставьте его тем самым делать реформы. Если сможете.

<p>К теплому морю</p>

Хотя, разумеется, можно инкриминировать Владимиру Путину и совсем иные мотивы по части Крыма и Севастополя.

ВВП – истинно русский человек. Один из немногих на русском троне за долгие столетия. А у русского человека есть бессознательная страсть – тяга к теплому морю. Которого мы в наших промерзлых евроазиатских просторах по большей части лишены.