Читаем Эпизод войны полностью

"Нет, адмирал," - сказал Грантли. "Вы можете уничтожить меня, если хотите, но это не изменит фактов этой ситуации."

"И каковы эти факты?" - спросил Рабенстранге.

Вайс нахмурился, отрывая глаза от изображения Грантли и посмотрев на Рабенстранге. Что-то странное было в голосе адмирала.

Он нахмурился сильнее. Потому что странным был не только голос Рабенстранге. Лицо адмирала все еще оставалось мрачным, но, к изумлению Вайса, он уловил намек на улыбку в уголках его губ.

Вайс знал таких людей - людей, которые вступали в сражения с улыбками предвкушения, особенно в битвах, которые обещали стать беспощадной резней. Но Рабенстранге был не таким. Он был слугой Короны и шел в битву, когда ему приходилось или ему приказывали, и никогда просто потому, что ему это нравилось.

Или это не так? Что, в конце концов, знал Вайс о своем патроне?

"Факт то, что Звездное Королевство заявляет права на эту систему и все, что в ней," - спокойно сказал Грантли. "У нас здесь есть законные интересы, интересы, которые мы будем защищать."

"В то время, как ваш флот полностью занят войной с Народной Республикой Хевен?" - возразил Рабенстранге. "Ваши лидеры наверняка не настолько глупы, чтобы предпринимать действия, которые открывают второй фронт."

Грантли улыбнулся тонкой, злой улыбкой. "Ваши разведслужбы приходят в упадок, адмирал," - сказал он. "У нас есть новое оружие и средства доставки, которые положат конец войне с хевами самое позднее в течение трех месяцев." Улыбка исчезла. "И когда мы с ними закончим, вам лучше молиться, чтобы Звездное Королевство не нашло кого-то еще, кому нужно преподать урок новых реалий галактики."

"Это угроза?" - мягко спросил Рабенстранге.

"Примите это как угрозу, предупреждение или просто констатацию факта," - сказал Грантли. "Но примите серьезно."

"О, конечно," - пообещал Рабенстранге. "Так серьезно, как требует новая реальность."

Он повернулся к Вайсу. "Ну, герр Вайс?" - сказал он тихо, его голос был так спокоен и холоден, как-будто он спрашивал, какое вино атташе хочет к обеду. "Вы видите это?"

Вайс смотрел на него. Что он должен видеть? Что за безумный вопрос? "Извините, милорд?" - смог сказать он.

"Большая картина, Лян," - сказал Рабенстранге, еще более понизив голос. "Не обращайте внимания на капитана Грантли. Взгляните на большую картину."

Вайс снова посмотрел на экран, сбитый с толку, как никогда в своей жизни. Грантли не двинулся с места, его вызывающий взгляд все еще смотрел с экрана, как лазерная головка одной из его собственных мин. Позади него мостик все еще оставался мостиком крейсера класса Звездный Рыцарь, а люди, сидящие или стоящие у своих консолей, все еще были одеты в настоящую униформу манти...

А затем Вайс увидел это.

Вернее, он увидел ее.

Она стояла у одной из консолей управления огнем в задней части мостика, прямо над левым плечом Грантли, с таким же мрачным и вызывающим выражением лица, как и у капитана. Ее губы шевелились, как будто она что-то говорила, хотя ее голос с такого расстояния, конечно, был не слышен камере Грантли.

Только она не должна быть здесь. Она не могла быть здесь.

Он посмотрел на Рабенстранге. Адмирал теперь улыбался открыто, улыбкой, похожей на приближение самой смерти. "Я вижу это, милорд," - сказал Вайс.

"Прекрасно." Рабенстранге кивнул головой, частично в сторону, затем повернул кресло, чтобы посмотреть назад.

Вайс обернулся. За последние пару минут Чарльз отошел к задней части мостика и теперь стоял рядом с Мерсье, между двумя морпехами из Тотенкопф. "Скажите мне, герр Наварра, герр Мерсье," - сказал Рабенстранге, указывая на экран, достаточно громко, чтобы слышал весь мостик. "Кто из вас знал, что я лично встречался с герцогиней Хонор Харрингтон?"

Тело Мерсье резко дернулось, голова резко повернулась, когда он посмотрел на экран.

Его глаза расширились, когда он запоздало заметил невозможное присутствие Харрингтон за вызывающе хмурым взглядом капитана Грантли.

Рабенстранге поднял палец. "Взять его," - приказал он.

В это мгновение Мерсье, должно быть, понял, что он мертв. Но он явно был не из тех, кто просто поднимает руки и принимает свою судьбу. Обернувшись наполовину, он бросился, как гремучая змея, в ближайшего из морпехов, ткнув одной рукой ему в глаза, а другой схватившись за пульсер в кобуре охранника .

Но это были не обычные морпехи, и даже не обычные андерманские морпехи. Морпех из Тотенкопфа плавно опустился на корточки, позволяя пальцам Мерсье безвредно пройти над его головой, одновременно опустив руку к кобуре, пытаясь поймать руку нападающего и удержать ее там. Мерсье вовремя отдернул руку, отклонился и изменил направление своего выпада в сторону ряда консолей инженерных мониторов и двух женщин, глядевших на него сзади.

Он был в четырех шагах от своих потенциальных заложников, когда точно нацеленный залп пульсерных дротиков разнес его тело в брызги крови и сырого мяса.

Кто-то с чувством выругался. "Довольно," - холодно сказал Рабенстранге. "Лейтенант Линг, вызовите медотсек и попросите их забрать тело для осмотра." Он склонил голову. "Теперь что касается вас, герр Наварра."