Читаем Эпизод детства полностью

В тот самый момент открылась дверь купе, и вошла проводница. Вошла она со словами… то есть было ощущение, что предложение она начала еще в коридоре, до того, как открыть дверь. Так вот вошла она со словами: «Собирайтесь. Я нашла вам место». На середине предложения она увидела всю ту сцену, которая разворачивалась в купе, так что темп, с которым она буквально выстреливала буквы в первой половине фразы, во второй части резко упал, и слово «место» она буквально протянула.

Но на нее никто даже внимания не обратил. Точнее, конечно, все заметили, что она вошла, но никто к ней так и не повернулся. Да и сама проводница уже второй раз за тот день, войдя в наше купе, резко изменила как тон разговора, так и выражение лица.

Некоторое время она молча мялась у двери, пока мама, повернувшись к вошедшей, ни сказала: «Он к вам зайдет чуть позже. Хорошо?». Проводница как-то неловко кивнула и молча вышла.

– Знаете, слова здесь, конечно, не уместны, – мама держала кружку, ожидая, когда Армен чуть-чуть успокоится и сможет выпить, – но нужно верить. Ведь пропала – это еще не вердикт. Нужно верить и искать. И ждать, конечно. Поддержать брата и верить. Вы и без меня знаете, сколько случаев, когда дети берут и уезжают, куда глаза глядят. Их потом находят, а родители себя уже похоронили заживо. Так что держитесь. И я надеюсь, что все закончится хорошо. Во всяком случае, в это сейчас нужно верить обязательно. Иначе можно сойти с ума.

Армен выпил предложенный ему чай с какими-то успокоительными каплями. Вытирая ладонями заплаканные глаза, он повторял: «Извините меня… Я не хотел… Все это на вас вот так… Вы простите меня…». И все в том же духе. А папа все также сжимал его плечо…

Потом Армен достал носовой платок и вытер им лицо. Встал, взял свой «дипломат» и, подойдя к двери, обернулся и сказал: «Извините меня…». И вышел…

Родители еще долго потом сидели молча на нижних полках и думали каждый о своем. А мы с братом еще некоторое время, свесившись, смотрели вниз, но потом снова уставились в окно, где мелькали деревья, столбы, дороги и люди.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Сочинения
Сочинения

Иммануил Кант – самый влиятельный философ Европы, создатель грандиозной метафизической системы, основоположник немецкой классической философии.Книга содержит три фундаментальные работы Канта, затрагивающие философскую, эстетическую и нравственную проблематику.В «Критике способности суждения» Кант разрабатывает вопросы, посвященные сущности искусства, исследует темы прекрасного и возвышенного, изучает феномен творческой деятельности.«Критика чистого разума» является основополагающей работой Канта, ставшей поворотным событием в истории философской мысли.Труд «Основы метафизики нравственности» включает исследование, посвященное основным вопросам этики.Знакомство с наследием Канта является общеобязательным для людей, осваивающих гуманитарные, обществоведческие и технические специальности.

Иммануил Кант

Философия / Проза / Классическая проза ХIX века / Русская классическая проза / Прочая справочная литература / Образование и наука / Словари и Энциклопедии
Дети мои
Дети мои

"Дети мои" – новый роман Гузель Яхиной, самой яркой дебютантки в истории российской литературы новейшего времени, лауреата премий "Большая книга" и "Ясная Поляна" за бестселлер "Зулейха открывает глаза".Поволжье, 1920–1930-е годы. Якоб Бах – российский немец, учитель в колонии Гнаденталь. Он давно отвернулся от мира, растит единственную дочь Анче на уединенном хуторе и пишет волшебные сказки, которые чудесным и трагическим образом воплощаются в реальность."В первом романе, стремительно прославившемся и через год после дебюта жившем уже в тридцати переводах и на верху мировых литературных премий, Гузель Яхина швырнула нас в Сибирь и при этом показала татарщину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. А теперь она погружает читателя в холодную волжскую воду, в волглый мох и торф, в зыбь и слизь, в Этель−Булгу−Су, и ее «мысль народная», как Волга, глубока, и она прощупывает неметчину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. В сюжете вообще-то на первом плане любовь, смерть, и история, и политика, и война, и творчество…" Елена Костюкович

Гузель Шамилевна Яхина

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее