Читаем Эпицентр полностью

— Ладно, раб божий, — смягчился Кратов. — Где хоть летал-то?

— Где, где… — пробубнил Ганс. — Где всегда… над Аркадией.

— Еще где?

— Ну, еще над Огигией немножко.

— Тебя кто-нибудь видел? Я имею в виду — из патруля тоссов?

— Меня и наши, блин-оладья, не увидят, — горделиво заявил Ганс.

— А сам-то что видел?

Драйвер мечтательно прикрыл глаза.

— Красиво там… — промолвил он после продолжительной паузы.

— Это я знаю, что красиво. А как красиво? И что красиво?

Ганс снова зажмурился. Его обычно мрачная физиономия сделалась совершенно детской.

— Очень красиво, — ответил он. — И все красиво.

— Иди уж, православный, — хмыкнул Кратов.

Драйвер с видимым облегчением нырнул в ближайшую дверь. Кратов посмотрел на часы: до истечения тайм-аута ему оставалось сорок минут. А он уже отдохнул, набрался сил, получил указания от гроссмейстера Моргенштерпа (вопреки ожиданиям, тот все же придумал, как реанимировать увядшего было Дождевого Мага и усилить позиции Пурпурной Леди), испортил настроение хулигану-драйверу и еще располагал изрядным запасом свободного времени. Он не спеша двигался по коридору в сторону гибкого переходника, соединявшего «Протей» со стационаром тоссфенхов (тот носил гордое имя «Эштапсаптеокх», что переводилось как «Закованный в угольно черную чешуйчатую броню» и примерно соответствовало действительности). Навстречу ему попалась стайка молодняка, в которой добрую половину составляли ксенологи, значительная часть приходилась на долю резервных операторов, а остальные были положительно незнакомы. Юнцы и юницы, как им и положено, галдели на все голоса. Завидя Кратова, они почтительно приумолкли и расступились.

— На гильотину, доктор? — участливо спросил кто-то.

— На нее, родимую, — в задумчивости ответил Кратов.

— Как там единорог? Не отдышался еще после Грота Девяти Черепов?

— Да уж скоро отдышится Позади него прозвучало негромкое:

— Мягко вам грохнуться, доктор.

Кратов рефлекторно вскинул над головой два растопыренных пальца. И уже свернув за очередной поворот, вдруг понял, что его проводили традиционным плоддерским напутствием.

Определенно, в этой Галактике ничего нельзя было утаить от любопытствующих…

За поворотом его поджидал Том Ван Тендер, комиссар Звездного Патруля. Стоял, заложив большие пальцы за широкий кожаный ремень, широко расставив ноги в голубых форменных брюках, заправленных в высокие сапоги, соблюдая на морщинистом, темном от «загара тысячи звезд» лице выражение полного равнодушия.

— Вам бы платок на шею. Том, — сказал Кратов. — и два кольта за пояс. А вместо шлюза позади вас хорошо смотрелся бы добрый салун, с выпивкой, девочками и мордобоем.

— Благодарю вас, сэр, — сказал Вам Тендер. — И, если можно, звезду шерифа на грудь. Мне об этом уже говорили.

— Кто же это такой проницательный? — сдержанно изумился Кратов.

— Вы, сэр.

— Возможно… Что-то случилось, Том? — Можно сказать и так. Мы засекли два легких катера тоссов. что намеревались снизиться ниже контрольной зоны над Огигией.

— И, разумеется, сбили, — понизив голос, предположил Кратов.

— Нет, сэр, — невозмутимо возразил Ван Тендер. — Эго запрещено уставом Звездного Патруля и протоколом о всеобщем моратории на углубленные исследования планеты Сиринга от десятого марта сего года. Мы воспрепятствовали нарушению контрольной зоны посредством вытесняющего маневрирования, а после известили об инциденте командора Шхеактэушха и советника Шойкхасса. Я счел, что и вам будет небесполезно знать об этом… в вашей игре.

— Вы поступили правильно, комиссар, — с чувством сказал Кратов.

— Благодарю вас, сэр.

Кратов испытующе поглядел на комиссара.

— Послушайте, Том, — сказал он. — А как там наши драйверы — не пошаливают?

Ван Тендер выдержал красноречивую паузу.

— Пет, сэр, — наконец ответил он, не моргнув глазом. — Такое вряд ли возможно. Наши драйверы относятся к заключенным соглашениям и протоколам со всей возможной ответственностью.

— Разумеется… — брюзгливо сказал Кратов и повернулся, чтобы уходить.

— Мягко вам грохнуться, сэр, — с чистым сердцем пожелал ему Ван Тондер.

«И ты, Брут», — подумал Кратов, салютуя двумя распяленными пальцами.

Уже возле самого шлюза, за которым заканчивалась территория Федерации и начиналась нейтральная зона, его встретил директор Данбар. К его обычному наряду довольно неожиданным образом добавился галстук.

— Доктор Кратов, — сказал он значительным голосом. — Разрешите представить вам наших гостей с Земли.

И совершил рукой изысканный жест в сторону двух незнакомцев, что без большой храбрости выглядывали из-за его широкой спины.

— Шлыков, Герман Александрович, — поклонился, выходя на свет, невысокий, ухоженный, весь составленный из разнообразных округлостей молодец, примерно одних с Кратовым лет. Его безукоризненный кремовый костюм слабо гармонировал с рабочими интерьерами «Протея». Длинные светлые пряди гладко зачесаны назад, па лице застыла благожелательная улыбка. — Я представляю информационное агентство «Пданетариум». Это одно из крупнейших агентств Федерации…