Читаем Эпистолярий полностью

Я как будто бы видел всё это, как будто бы снова -

Этот Ерушалайм и проклятые эти плоды!..

Я смотрел, как на них появилась и высохла плесень,

Я их сроду не ел… лучше б мне их не видеть в глаза!

И сквозь пламя свечи я узнал покачнувшийся месяц,

Месяц душный и липкий, отчаянный месяц Нисан…

 ***

Тот год я помню очень хорошо.

Отец не спал. И скот в хлеву не блеял.

Предчувствовали снег, но снег не шёл.

Он всё не шёл - густой, протяжный, белый…

В ту ночь висеть остались до зимы

Несрезанные гроздья винограда.

Отец сказал, что это так и надо,

Но и зимой не трогал их никто.

Отец никак не мог надеть пальто.

Мы с братьями топтались у порога -

Волнение, растерянность, тревога…

Надеялись на снег, но снег не шёл!

Отец сказал, что это хорошо.

Никто не понял, что происходило…

Зима в тот год внезапно наступила,

Тем более, когда живёшь в глуши -

Блуждая в темноте своей души,

Как со свечой по вымершему дому,

В котором всё до боли незнакомо:

Сандалии при входе, полумрак,

Сундук для книг, стоящий точно так,

Как если б он стоял на самом деле.

Знакомый запах. Все уже поели.

И одеяла свёрнуты в углу…

Я вымыл руки и теперь могу

Идти играть, скакать в камнях с верёвкой,

Глазеть на птиц. В то утро очень ловко

Я подтянул маслины уходя…

И рук не отнимая понял я,

Что если вверх весь день бросать маслины -

То облака плывут неуловимо

И видно, как вращается земля!

С тех пор не спал отец и вся семья,

Едва зима задышит у порога -

Волнение, растерянность, тревога…

И видно, как вращается земля.

 ***

… Потом был колодец и слива росла.

Слива ещё во дворе росла!

Синяя слива и птица над ней

Летела без отдыха несколько дней.

Опустилась она и качнулась листва,

Отражаясь в колодце, как будто листва.

Я заметил на сливе невидимый блик,

И вот-вот упадёт, и уснул в тот же миг…

«Я райские травы ногами топтал,

Диск золотой надо мной летал.

Я райские травы ногами топтал,

Звёзд хоровод надо мной мерцал…»

Я за долю мгновенья обрёл и навек

Потерял, как теряет любой человек,

Когда слива и птица друг друга задев,

Разбудили меня, громко щёлкнув в воде!

Успел я сорвать напоследок в траве

Цветок. Я держать его буду тебе!

… Потом был колодец и слива росла.

Слива ещё во дворе росла!

Но пустыми руками я трогал лицо,

Как застывшее олово твёрдым свинцом.

И до дыр я глаза себе песней протёр,

Той, что пел незнакомый заезжий актёр:

«Я райские травы ногами топтал,

Диск золотой надо мной летал.

Я райские травы ногами топтал,

Звёзд хоровод надо мной мерцал…

Но пришел мой черед по земле ступать

И рожая меня громко вскрикнула мать!

Долгий путь по земле мои ноги прошли,

Но по райской траве всё скучают они…»

 ***

В отчаянье и одиночестве

пускаюсь я в путь,

без надежды

когда-нибудь даже приблизиться к цели...

Над головой,

тишиною ожившею вдруг,

кружится птица

в полузабытом веселье…

Безместная… Ей

хорошо с высоты различимы

и призраки, и люди, и следы.

Иллюзии

так ясны нестерпимо...

Прекрасное не требует воды.

Хрустит песок,

вот я и встретил друга...

Он умер

безмятежно и легко -

от времени. От этого недуга

еще не выздоравливал никто.

Открываю глаза ... Мотыльки...

Мотыльки не кусаются, знаю.

Закрываю глаза, понимаю -

всё к зиме, даже это к зиме...

Я остался один на земле

и скользят молодые улитки

по глазам, где-то там...

в глубине.

 КНИГА В КНИГЕ *

 (часть 3)

 ЛУННЫЕ ЯБЛОКИ

 ( стихи неизвестного автора )*

К высылаемой КНИГЕ

… Я мажу пальцами горчицу на пирог

И бородою вытираю руки,

В посуду винную (я думаю - от скуки)

Мочусь с утра. И выйдя за порог,

Я никогда не помню - хоть ты тресни -

Как попадаю вечером домой?

Пою всегда одну и ту же песню:

Что Хаз-Булат… на редкость удалой.

Ну, в общем, я тот самый дурачок,

С которым можно поболтать о том, об этом.

Да!.. У меня есть Книга! Пустячок -

Известный труд забытого Поэта.

Люблю я эту братию! Веселье

У них одно - подкинуть переплёт,

Шарах! и труп Читателя плывёт

От первой строчки до последней.

Плыви и ты! Поэзия, мой друг,

Всего лишь Языка нелепая попытка

Свою тоску отчаянную вдруг

Невыразимой выразить улыбкой!..

И вот уже с улыбкою глумливой

Подстерегает Автор где-то здесь:

То выскочит - зарежется! То весь

В какой-нибудь помаде! То сопливый!

Дарю Её - тебе, мой потный друг!

У вас, я слышал, жарко нынче летом? -

Пусть эта Книга охладит приветом

Тебя! А что… читай её без брюк!

И если у тебя ещё стоит

Бутылка на столе, стакан и сливы!

Какой прекрасный повод быть счастливым -

 Читай, да пей! И - кланяйся своим…

 ( пролог )

Божье имя во рту Что как пёрышко нежил

Так и жил на земле Будто не жил...

И не нажил Я другого ремесла

Винным ветром Валит с ног меня весна

Только руки Голубым крестом

Под разбитым глиняным кустом

Так протяжна тишина и нежна

Стала - будто душа отошла

Будто дерево Полное птичьих яиц

Налетело на стаю Вернувшихся птиц...

Хорошо согласись - Что как пёрышко нежил

Так и жил на земле Будто не жил

 ***

Как бы жили мы славно

На свете на этом на белом -

Я бы тихо спивался

А ты бы мне песенки пела

Чтоб слезились глаза

И дрожали венозные руки

По твоим волосам

Бесконечно прекрасным и юным

Мы б ловили в кустах соловья

И поймав - привязали за лапку

Ты бы плакала Я

Вырезал для "шекспира" закладку

Все приходили бы тогда

Проведать старину

Затем что нынче старина

Не вреден никому